Эксоцман
на главную поиск contacts
В разделе собрана информация о статьях по экономике, социологии и менеджменту. Во многих случаях приводятся полные тексты статей. (подробнее...)

Статьи

Всего статей в данном разделе : 1419

Опубликовано на портале: 10-09-2007
О.И. Северская Общественные науки и современность. 2007.  № 5. С. 159-168. 
Исходя из того, что современный коммуникационный процесс во многом погружен в игровое начало, автор рассматривает языковые игры в поэзии, так как «поэзия рождается в игре и как игра». Анализируются тексты современных поэтов – Ю.Арабова, Е.Даенко, И.Жданова, Н.Искренко, Т.Кибирова, А.Парщикова, Д.Пригова, С.Соловьева, - автор разбирает в их стихах игровые «анаграмматические кроссворды», предполагающие свободную комбинаторику по горизонтали и вертикали и даже по диагонали. Выделяются разные типы языковых игр.
ресурс содержит прикрепленный файл
Опубликовано на портале: 22-03-2013
Николай Александрович Антипин Диалог со временем. 2012.  № 40. С. 79-93. 

Опубликовано на портале: 27-04-2004
Зинаида Романовна Жукоцкая Общественные науки и современность. 2003.  № 5. С. 171-176. 
В статье анализируется “связь” “бессознательного символизма” и философии музыки в творчестве А. Белого. Автор полагает, что достижение вершин универсальности в состоянии духа Белый видит в исключительной роли музыки. Именно музыка своим нисходящим потоком заставила звучать молчавшие до поры струны “души самосознающей”. В концепции Белого символ и музыка находятся в тесной зависимости друг от друга, и только она способна углубить символы, наполнить их теургическим содержанием. Вследствие чего и возникает консонирующее звучание между различными сферами бытия и познания. Все это, безусловно, сыграло существенную роль в формировании символистского движения в России.
Опубликовано на портале: 07-10-2004
К. Непомнящая Общественные науки и современность. 1992.  № 5. С. 184-187. 
Ныне в России и в США горячо обсуждают проблемы, связанные с формированием новых культур, а также адекватных им этических, эстетических и иных категорий. В обоих государствах проблемы высокого и низкого приобрели новую остроту, став центром столкновения и споров о ценностных основах культуры. Одна из возможностей вникнуть в многосложность проблемы видится в том, чтобы начать разговор о каноне и его бытовании в двух обществах.
ресурс содержит прикрепленный файл
Опубликовано на портале: 14-02-2004
Герман Германович Дилигенский Общественные науки и современность. 2000.  № 5. С. 5—19. 
В статье анализируется отношение россиян к Западу как культурный феномен, который не может быть объяснен только как продукт современных социально-политических и информационных процессов. Показаны факторы, под воздействием которых эволюционирует отношение большинства россиян к Западу; особая роль среди них — представления о западном образе жизни, укоренившиеся в массовом сознании, высокий престиж западной модели жизни. Отмечаются разрыв между ценностями свободы и демократии, коренящийся в архетипических особенностях русского менталитета, неясность российского демократического идеала, сочетающаяся с государственно-патерналистским опытом. Не укореняется у нас и такой важнейший элемент культуры Запада, как уважение к закону и признанным в обществе социальным нормам. Анализируется роль в этой ситуации психологического значения западной модели, становящейся не только стимулом к изменениям, но и символическим выражением модернизаторской тенденции. Показаны особенности современного неотрадиционализма. Эволюция отношения к Западу будет обусловлена прежде всего социально- экономическими, политическими и культурными изменениями в самой России, но вместе с тем свое влияние окажет и политика Запада по отношению к России.
ресурс содержит прикрепленный файл
Опубликовано на портале: 21-04-2004
Игорь Вадимович Кондаков Общественные науки и современность. 2003.  № 1. С. 158-176. 
На основе анализа творчества К. Чуковского как писателя-сказочника автор показал стремление писателя взглянуть на жизнь наивными, неиспорченными глазами ребенка и увидеть “вдруг” всю ее нелепость, фантастичность, абсурдность, жестокость, словом, открыть через “детский дискурс” тьмы “низких истин”. Чуковский воспользовался своим критическим амплуа для того, чтобы с помощью сказочного текста, написанного как бы для детей и в то же время не только для них, критически проанализировать саму действительность, вовлекая в свой текст чужие литературные тексты как некие поэтические аллюзии современных реалий в памяти культуры, раскрывающиеся через ее идейно-образный контекст и широкий спектр литературно-художественных ассоциаций. Через призму “детского дискурса” обыденная советская действительность представала в “Чуковщине” как сказочный гротеск, как невероятная фантасмагория, — на первый взгляд, смешная (“лепые нелепицы”), а на второй — страшная и чудовищная. Однако в конце концов смеховая дистанция, установленная автором по отношению к своим персонажам и подкрепленная вековыми традициями фольклора и русской литературной классики, делала всех монстров жалкими, слабыми и страшными лишь на вид, а тоталитарный гротеск — веселым и легко преодолимым, во всяком случае, в детской фантазии.
ресурс содержит прикрепленный файл
Опубликовано на портале: 03-07-2004
Л.П. Моисеева Общественные науки и современность. 1997.  № 3. С. 169-180. 
Автор попыталась проанализировать лирические произведения поэтов так называемой первой волны эмиграции, основной темой которых была тема покинутой Родины, невозвратной дали, куда продолжали стремиться души поэтов. Несмотря на обиды, горечь и предательство, эти люди сумели сохранить самое ценное – нетленную душу.
ресурс содержит прикрепленный файл
Опубликовано на портале: 07-07-2004
Людмила Павловна Моисеева Общественные науки и современность. 1998.  № 5. С. 157-165. 
Тема обреченности красной нитью проходит через творчество всех художников, волею судеб оказавшихся в эмиграции. Возможно, чтобы передать все оттенки чувств нужны не стихи, а проза. И это вовсе не филологический вопрос – это вопрос философский: совместимы ли высокая поэзия и проза жизни? Лучше всего на него ответили те, кто грубые мотивы презренной прозы обратили в “мелодию” стиха, которая всегда “становится цветком”.
ресурс содержит прикрепленный файл
Опубликовано на портале: 11-05-2004
Игорь Вадимович Кондаков Общественные науки и современность. 2004.  № 2. С. 154-165. 
Статья И.В. Кондакова посвящена дискурсу детства, как он предстает в стихах для детей Д. Хармса. Своеобразие этого дискурса заключается в том, что тексты, адресованные детской аудитории, наряду со своим прямым смыслом, одновременно содержат социально-политическое, философское и художественное иносказание, направленное на осмысление и оценку текущей современности. Двусмысленность каждого текста усугубляется приемами “зауми”, размывающими грань между “детским” и “взрослым”, лояльным и оппозиционным по отношению к советской власти контекстами прочтения поэтического произведения.
ресурс содержит прикрепленный файл
Опубликовано на портале: 11-05-2004
Игорь Вадимович Кондаков Общественные науки и современность. 2004.  № 3. С. 153-161. 
Во второй части статьи (начало см. № 2) автор пишет о том, что многозначность стихотворений Хармса затрудняла их критику и политическую оценку, делала их во многом неуязвимыми для цензуры. В то же время воссоздание детского взгляда на нелепый и страшный мир достигало неожиданного художественного эффекта “остраннения” повседневности и обобщения картины мира. Таким образом, детская литература, созданию которой советская власть придавала особое идеологическое и воспитательное значение, становилась “лазейкой” для гротескно-фантасмогорического отображения советской действительности и политической сатиры.
ресурс содержит прикрепленный файл
Опубликовано на портале: 27-04-2004
М.В. Шугуров Общественные науки и современность. 2003.  № 5. С. 140-149. 
Ценность постмодернистских моделей толерантности, с точки зрения автора, состоит в том, что они дополняют и смягчают институциализирующиеся (традиционные) формы толерантности. Если традиционные модели предполагают наличие фундаментальных ценностей общества, то постмодерн – не что иное, как признание коррозии тех же ценностей. Вместе с тем постмодернистские модели не сводятся к выявлению негативно-деструктивных функций толерантности. Институциональная толерантность обеспечивает в функциональном плане устойчивость и стабильность на всех уровнях общественной жизни. Постмодернистские же модели «становятся явью» в средах неформальных, маргинальных, выстроенных по весьма динамичным «обычаям», а не жестко фиксированным законам. Здесь маргинальная толерантность становится «прибежищем от агрессивности и тотальности» традиционных ценностей. Доказательству и развертыванию этого тезиса главным образом и посвящена данная работа.
Опубликовано на портале: 17-08-2004
Игорь Вадимович Кондаков Общественные науки и современность. 2002.  № 4. С. 55-67. 
Автор анализирует особенности российской цивилизации, связанные с ее “пограничностью” между Европой и Азией, оседлостью и кочевничеством, ситуацией “перекрестка” великих мировых религий Запада и Востока и архаического язычества. Отмечается склонность русской культуры и российской цивилизации к “взрывным” состояниям. С социокультурных позиций рассматриваются три “смутных времени” в истории России как три разных переходных процесса: от кумуляции к дивергенции (барочный период ХVII в.); от дивергенции к селекции (Серебряный век); от селекции к конвергенции (постсоветский период). Анализируя проблемы, конфликты и противоречия всех “смут”, автор также отмечает и свойственные им позитивные тенденции – появление реформаторов, процессы переоценки ценностей, смена норм и т. п., т. е. обновление культурной семантики, сопровождающей развитие цивилизации при переходе от одной исторической парадигмы к другой.
ресурс содержит прикрепленный файл
Опубликовано на портале: 05-06-2004
Владимир Иванович Новиков Общественные науки и современность. 1996.  № 4. С. 141-151. 
Каждое время имеет свою мифологию. Миф – часть жизни, одно из важных средств человеческой ориентации. Особенно многообразен мифологический спектр в эпоху крутых исторических перемен. Одним из основополагающих мифов является “миф Троице-Сергиевой лавры” (или просто “миф Троицы”). Действительно, “миф Троицы” неразрывно связан с идеей русской государственности, но обретает новую жизнь в эпоху национальных кризисов. Это наблюдалось и в ХIХ в., и в период Смутного времени, и при Петре I, и в ХХ в. Наше сегодня также в этом ряду.
ресурс содержит прикрепленный файл
Опубликовано на портале: 18-05-2004
О.В. Гунина Общественные науки и современность. 2004.  № 1. С. 154-163. 
Переходный период от Средневековья к Новому времени автор рассматривает не только как этап, на котором лишь механически перемешивается старое и новое, не только как “подготовительный” по отношению к последующей “устойчивой” культурной эпохе. Напротив, этот период обладает своим собственным “лицом”, специфическим характером. Это — время активного поиска, зарождения художественной целостности нового типа, формирования нового художественного мышления, в том числе и в области музыкальной культуры, понимаемой как совокупность музыкальных произведений, музыкальной теории и музыкально-эстетических представлений. Здесь рассматривается в первую очередь профессиональное музыкальное искусство, т. е. искусство церковно- певческое. Успешное распространение в Московском царстве партесного пения, завезенного в середине века с Украины, свидетельствует о своего рода “эстетическом повороте” в русской музыкальной культуре. Эта музыка способна воздействовать на внутренний мир человека, вызывать у него, вместо прежней умиротворенности, просветленности и чувства внутреннего покоя, самые различные эмоции. На первый план выступает фигура человека как слушателя, и его внутреннему миру прежде всего адресуется теперь музыка.
ресурс содержит прикрепленный файл
Опубликовано на портале: 22-07-2011
Ivor Stodolsky Laboratorium. Журнал социальных исследований. 2011.  № 1. С. 24-50. 
The  article  introduces  a  new  method  for  the  empirical  analysis  of  cultural phenomena,  called  multi-lectic  anatomy.  It  is  applied  to  two  key  culture-political “art actions” by Leningrad/Saint Petersburg artist Timur Novikov (1958–2002), who gained fame through a wide range of symbolic conceits, creating assumed satirical intentions,  cynical  denials,  kynic  hoaxes,  and  spoofs.  The  article  models  actual audiences’  differing  judgments  of  Novikov’s  performances.  The  case  studies introduce  the formal vocabulary of multi-lectic anatomy, expand Alexei Yurchak’s well-known  discussion  of  stiob  and  the  performative  shift,  and  adapt  the  Russian concept of poshlost’ to discuss perceptions of moral and aesthetic bad faith. Many observers  took  delight  in  Novikov’s  postmodern  games  and  paradoxes.  The  article describes these as elaborate cultural expressions of a banal vacuum of values, and raises questions concerning the wider historical significance of Novikov’s supposedly dangerous artistic strategies.
ресурс содержит прикрепленный файл