Эксоцман
на главную поиск contacts
Интернет-конференция
Интернет - конференция «Право и Интернет»

с 1.10.06 по 31.10.06

«Свой путь» в развитии правовых регуляции интеллектуальной собственности… Верен ли выбор?!

В.Н.Монахов
 Написать комментарий Ваш комментарий
(для участников конференции)


Опубликовано в журнале «Российская юстиция» № 8,  2006 , с.11-13.   В наше время общественные отношения в связи и по поводу интеллектуальной собственности приобретают все более и более системообразующий характер.

Опубликовано в журнале «Российская юстиция» № 8,  2006 , с.11-13.

 

В наше время общественные отношения в связи и по поводу интеллектуальной собственности приобретают все более и более системообразующий характер. По многим признакам в наступившем тысячелетии именно интеллектуальная собственность будет господствовать над материальными, «вещными» формами собственности, чей «золотой век» остался в первых двух тысячелетиях христианской цивилизации.

 

В этих условиях трудно переоценить значение широкого общественного обсуждения представленного в Государственную Думу от имени Президента России проекта части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации, представляющего собой оригинальную попытку кодификации российского законодательства об интеллектуальной собственности.

 

С моей точки зрения, главную «зону уязвимости» обсуждаемого проекта образует предлагаемая его разработчиками отмена действия целого корпуса российских законов, регулирующих разнообразные общественные отношения, связанные с интеллектуальной собственностью.

 

В их числе - Закон РФ «Об авторском праве и смежных правах», «Патентный закон РФ», закон РФ «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях происхождения товаров», закон РФ «О правовой охране программ для электронных вычислительных машин и баз данных», закон РФ «О правовой охране топологий интегральных микросхем», закон РФ «О селекционных достижениях».

 

По версии авторов проекта, все эти законы должны единовременно утратить свое действие в качестве специальных законов, перевоплотившись в ходе кодификации в нормы IV части ГК РФ.

 

Чем вызвано применение столь радикальной, революционной по своему характеру, модели кодификации, чреватой достаточно длительным параличом работы всей отечественной системы правоприменения в сфере интеллектуальной собственности ( ведь нельзя не понимать, что и правоохранительным органам и судам придется заново разбираться в хитросплетениях отнюдь не простых для понимания законодательных норм), разработчики не поясняют. Поэтому поневоле приходится довольствоваться построением различного толка предположений.

 

В частности, такого: может быть, применение предлагаемой революционной модели кодификации оправдано наличием аналогичной модели, уже успешно апробированной каким-либо зарубежным опытом и нам надлежит благодарить разработчиков за удачную рецепцию оного в отечественную правовую систему?! Увы, от этого предположения придется решительно отказаться, поскольку такого зарубежного опыта просто напросто не существует.

 

Да, миру известны примеры кодификации правовых регуляций соответствующего круга общественных отношений в форме создания специальных кодексов по интеллектуальной собственности. Самый известный из них – французский Кодекс: Code de la propriete intellectuelle — CPI . Подобного рода кодексы существуют в Португалии и в ряде развивающихся стран.

 

Гораздо более широко на планете представлена модель так называемой двухуровневой кодификации, в рамках которой в национальных гражданских или торговых кодексах находят свое место базовые нормы-принципы, определяющие общую политику регулирования общественных отношений, связанных с интеллектуальной собственностью ( общий уровень ), а конкретное развитие этих норм-принципов осуществляется в форме специальных законодательных актов (lex specialis),, посвященных регулированию отношений в связи и по поводу отдельных видов объектов интеллектуальной собственности ( специальный уровень).

 

Что же касается предлагаемой разработчиками модели правового регулирования интеллектуальной собственности исключительно с помощью Гражданского кодекса, то такая модель еще никем в мире не применялась(?!).

 

Немаловажным обстоятельством является то, что такого варианта не предусматривает и действующая Конституция Российской Федерации. В «полномочной» ст. 71 [п. о] «гражданское законодательство» и «правовое регулирование интеллектуальной собственности» разведены в отдельные блоки федерального ведения.

 

И это отнюдь не случайно, поскольку, второй предмет ведения - много шире собственно гражданского законодательства и его размещение исключительно в лоне Гражданского кодекса, мягко говоря, не является оптимальным решением, поскольку тем самым мы создаем ситуацию законодательной коммуналки, законодательного «уплотнения», в результате которого вынуждены сосуществовать под единой крышей различные правовые «семьи». Естественно, со всеми вытекающими из такого «уплотнения» социально-правовыми последствиями… В том числе, отражающимися на качестве правового регулирования особо значимых в наше время «интеллектуальных» общественных отношений.

 

По существу разработчиками обсуждаемого проекта россиянам предлагается в очередной раз «идти своим путем», торить отдельную законодательную дорогу вместо того, чтобы двигаться в пределах общего, проверенного русла развития международного и зарубежного законодательства по интеллектуальной собственности … Хочется спросить уважаемых авторов обсуждаемого проекта, неужели они полагают, что для нашей страны еще не выбран лимит исторических экспериментов по поводу того каким путем развиваться?!

 

Особо тяжелыми последствиями такая законодательная автаркия ( а именно к самоизоляции в рамках «своего пути», в противовес четким тенденциям мирового развития, зовет нас предлагаемая модель кодификации всех норм об интеллектуальной собственности исключительно в составе ГК) чревата применительно к правовому опосредованию отношений по поводу интеллектуальной собственности в постоянно расширяющейся виртуальной среде ее обитания, в интернете.

 

Если верна старая мысль о том, что словами закона мы пытаемся разговаривать с будущим, то законодатель не должен уподобляться тем некудышным генералам, которые готовятся не к будущей, а к прошедшей войне. Напротив, он должен уметь увидеть в настоящем состоянии общественных отношений зачатки тех явлений, которые формируют экономические и политические условия и тенденции развития в данной сфере общественных отношений на многие годы вперед. Увидеть и постараться обеспечить надлежащий организационно-правовой режим их развития.

 

Интернет в этом смысле демонстрирует качества некого глобального полигона для формирования и апробирования на живучесть условий и тенденций мирового развития правового и иного регулирования общественных отношений, связанных с интеллектуальной собственностью.

Практически сразу после своего рождения виртуальная среда превратилась в непроходящую головную боль авторов и правообладателей, но, одновременно, и в сказочную скатерть-самобранку для его пользователей.

 

Скатерть-самобранку, - в том смысле, что с развитием информационно-коммуникационных технологий для их пользователей  открылись принципиально новые возможности для повышения уровня жизни и усовершенствования эффективных способов доступа в реальное время к произведениям,

информации и данным.

 

Головную боль,- из-за легко реализуемой возможности массового и неконтролируемого воспроизведения и использования результатов интеллектуальной деятельности без выплаты правообладателям соответствующего вознаграждения.

 

Поиск баланса соответствующих интересов идет по всему миру, а, – что в контексте наших размышлений является особо важным(!) – позитивные результаты этого поиска должны получать гармоничное правовое закрепление в адекватных и совместимых между собой национальных и международных нормативных правовых актах.

 

Рассматривать существующие проблемы кодификации правовых норм по интеллектуальной собственности исключительно на национальном уровне, а уж тем более осуществлять закрепление результатов этого рассмотрения в неприспособленных для этого правовых формах, ограниченных территорией только одного государства на планете в условиях , когда новые информационно-коммуникационные технологии достаточно серьезно затушевывают государственные границы, весьма нерационально, если не сказать - глупо.

 

Для своего оптимального разрешения проблемы регулирования интеллектуальной собственности в глобальной Сети требуют более широких и более глубоких подходов.

 

Подобных тем, которые в последние годы в качестве адекватной реакции на перемены, порождённые появлением интернета, демонстрирует международное сообщество. Нормативное воплощение этих подходов закрепляет в соответствующих нормативных правовых актах за авторами и правообладателями новые интернет права и правомочия, призванные препятствовать незаконному присвоению в глобальной Сети их творческих усилий и инвестиций.

 

Так, 6 марта 2002 года вступил в силу Договор Всемирной организации интеллектуальной собственности по авторскому праву, в международной транскрипции известный как WIPO Copyright Treaty - WCT.1 , а 20 мая 2002 года вступил в силу Договор ВОИС по исполнениям и фонограммам, известный как WIPO Performances and Phonograms Treaty - WPPT.2

 

Основное целевое предназначение этих международно-правовых актов состоит в закреплении новых глобальных механизмов охраны интеллектуальной собственности, а также - управления ею. Технически-программной основой этих механизмов охраны и управления служат цифровые идентифицирующие системы и цифровые коды на произведения и фонограммы. Планируемым в ближайшее время результатом дальнейшего развития и совершенствования этих цифровых идентифицирующих систем должен стать глобальный мировой цифровой реестр интеллектуальной собственности.

 

Неминуемая имплементация в отечественную правовую систему такого рода механизмов охраны интеллектуальной собственности и управления ею уже сегодня требует определенных корреляций как действующего, так и предлагаемого разработчиками обсуждаемого проекта отечественного правового регулирования.

 

В частности, вызывает недоумение и сожаление, что в главе 69 «Общие положения» проекта, содержащей ряд полезных норм-принципов, направленных на обеспечение единообразного регулирования соответствующего круга общественных отношений не нашлось места для закрепления рамочного подхода при решении таких принципиально важных вопросов, имеющих отношение к виртуальной среде обитания интеллектуальной собственности как :

 

- Закрепление в отдельной статье определенных принципов свободного использования результатов интеллектуальной деятельности (объектов интеллектуальной собственности).

 

Прежде всего, это значимо применительно к таким новым и перспективным формам хранения, размещения, опубликования, воспроизведения результатов интеллектуальной деятельности и доступа к ним, как различные электронные коллекции и библиотеки.

 

Расширение свободного доступа к электронным фондам и ресурсам библиотек, архивов, музеев несомненно будет способствовать повышению интеллектуального уровня россиян, особенно их подрастающих поколений, росту производства новых информационных продуктов и ресурсов страны, увеличению занятости, а это все прямо отвечает нашим национальным интересам и должно поддерживаться возможностями и усилиями государства. В том числе и на законодательном уровне.

В целях поиска путей разрешения принципиального противоречия между публично-правовыми принципами деятельности публичных библиотек, архивов, музеев нацеленных на достижение общественного блага, и частным правом, на основе которого действуют правообладатели. Поиск баланса между этими подходами – задача достойная Геракла и, похоже, универсального решения здесь не существует.

 

В решении вопросов надлежащего учета в деятельности электронных библиотек, архивов, музеев требований права интеллектуальной собственности важен подход, демонстрируемый в данном смысловом контексте принятыми в 2004 г. ЮНЕСКО «Руководящими принципами в политики совершенствования государственной информации, являющейся общественным достоянием» Их основной тезис по интересующей нас проблеме таков: «Государству необходимо очень точно установить баланс между предусмотренными законодательством об интеллектуальной собственности ограничениями на доступ и использование определенных видов информации, с одной стороны, и на права граждан в контексте более широкого понимания социальных и экономических интересов страны, с другой стороны».

 

Сохранение и развитие, в том числе и с помощью права, роли таких публичных центров доступа к информации и знаниям какими являются библиотеки, архивы, музеи во все более и более информатизирующемся обществе, чьим базисом во все возрастающей степени являются информационные и коммуника­ционные технологии является одной из фундаментальных задач при формировании глобального информационного общества и общества знаний;

 

- Закрепление в отдельной норме основополагающих параметров применения

технических средств защиты прав на результаты интеллектуальной деятельности (объекты интеллектуальной собственности).

 

В частности, было целесообразным отразить в этой норме правовую позицию о том, что применение технических средств защиты не должно наносить вред нормальному использованию объектов интеллектуальной собственности, а также предусмотреть возможность дифференциации ответственности за обход технических средств защиты в зависимости от цели обхода и наличия и характера наступивших последствий. Наконец, предусмотреть принципиальную возможность правомерного обхода технических средств защиты и закрепить условия ее применения.

 

В целом серьезным изъяном главы 69 «Общие положения» проекта является отсутствие в ней принципиальной правовой позиции   о необходимости постоянного поиска баланса между правообладателями и потребителями, использующими результаты интеллектуальной деятельности, особенно выраженные в цифровой форме.

 

Как представляется, наличие такой общей правовой рекомендации стимулировало бы ее адресатов на постоянный поиск ответа на фундаментальный вопрос : возможно ли и как, по возможности, не нарушая экономических интересов правообладателей, предоставлять потребителям максимально широкий доступ к интеллектуальному достоянию человечества с помощью информационно-коммуникационных технологий, в частности сети интернет?!

 

В заключение хотелось бы отметить, что российское законодательство об охране результатов интеллектуальной деятельности должно развиваться и совершенствоваться. Но этот процесс должен быть тесно связан с развитием международной и зарубежных систем охраны и защиты интеллектуальной собственности. В данном контексте следует подчеркнуть необходимость более комплексного и продуманного подхода при принятии решений, направленных на совершенствование правового регулирования столь сложного объекта прав, каким является права на результаты интеллектуальной деятельности.

 Написать комментарий Ваш комментарий
(для участников конференции)


 
  Дискуссия

Ключевые слова

См. также:
Сергей Иванович Лунев
Вопросы государственного и муниципального управления. 2008.  № 1. С. 38-51. 
[Статья]
Ульяна Викторовна Зинина
[Доклад на Интернет-конференции]
Сергей Александрович Середа
[Доклад на Интернет-конференции]
С. Ульяничев
Общественные науки и современность. 1992.  № 4. С. 34-44. 
[Статья]
Эльвина Рифхатовна Байбурина, Татьяна В Головко
Корпоративные финансы. 2008.  № 2 (6). С. 5-19. 
[Статья]
Михаил Иванович Звонарев, Геннадий Петрович Турмов
Университетское управление. 2002.  № 1(20). С. 16-25. 
[Статья]