Эксоцман
на главную поиск contacts

Социальное рыночное хозяйство как модель социальной политики. Социальная политика Германии в системе моделей социальной политики – место в типологии.

Т.Ю.Сидорина
 Написать комментарий Ваш комментарий
(для участников конференции)


1. М. Альбер и П. Козловски: какой капитализм? какая социальная политика? Во вводной статье к сборнику «Социальное рыночное хозяйство» (1999), подготовленному российскими и зарубежными экономистами и социологами по материалам российско-германской конференции известный немецкий экономист Питер Козловски, предваряя рассмотрение феномена социального рыночного хозяйства в Германии, обращается к классификации современных разновидностей капитализма Мишеля Альбера.

1. М. Альбер и П. Козловски: какой капитализм? какая социальная политика?

Во вводной статье к сборнику «Социальное рыночное хозяйство» (1999), подготовленному российскими и зарубежными экономистами и социологами по материалам российско-германской конференции известный немецкий экономист Питер Козловски, предваряя рассмотрение феномена социального рыночного хозяйства в Германии, обращается к классификации современных разновидностей капитализма Мишеля Альбера. Последний предлагает две основные модели: «неоамериканскую, англосксонскую» и «рейнскую» модели капитализма [1].

В основе этих моделей лежат две концепции капитализма. Альбер назвал одну из моделей рейнской, так как экономические системы стран, расположенных на берегах реки Рейн (Швейцария, Германия, Бельгия и Голландия), имеют схожие черты. Такая терминология, по мнению ученого, удобна, так как смещает акцент с чисто немецкой на более широкую центрально европейскую модель. Козловски, обращаясь к концепции Альбера, отмечает, что в классификации последнего отсутствуют разновидности азиатского капитализма, что свидетельствует о недостаточности концепции. Однако целью Альбера было показать конкурентность именно этих двух моделей капиталистической культуры.

Козловски признает, что японская модель капитализма, безусловно, отличается от американской модели, что российский постсоветский капитализм отличается о немецкой модели социального рыночного хозяйства, которая, в свою очередь, отличается от британской модели капитализма в вариантах Бевериджа, Кейнса или Тэтчер [2] .

Но именно противостояние названных двух экономических моделей интересует как Альбера, так и Козловски, особенно в контексте того, какую из них выберет постсоветская Россия.

Автор статьи называет три основные характеристики, которыми, на его взгляд, определяется капитализм:

  • во-первых, частной собственностью,
  • во-вторых, максимизацией прибыли и полезностью в качестве мотивации хозяйственной деятельности субъектов и,
  • в-третьих, координацией через рынки и систему цен в отличие от централизованного планирования [3] .

Тем самым выявляется, что американская модель нацелена на почти полное освобождение рынка и трех характеристик капитализма от распределительных и политических ограничений. Рейнская модель – это модель встроенности рынка в социальную и политическую структуру, в структуру социальной политики. Она также придает особое значение уравновешиванию тех тенденций капитализма, которые ведут к монополизации и массовому неравенству. «Производимое государством сглаживание разницы в доходах, – пишет Козловски, – в рейнской модели капитализма подразумевает, например, что государство гарантирует всем возможность получения высшего образования. Следует отметить, что Германия, Австрия и Швейцария находятся среди немногих стран в мире, в которых студенты не должны платить за высшее образование» [4] .

Второй легитимной мерой уравновешивания в рейнской модели капитализма, по мнению ученого, является прогрессивный подоходный налог, на который, однако, ведется наступление в связи с конкуренцией между странами за привлечение иностранных инвестиций. В Америке также существует прогрессивный подоходный налог, но в 1980-х годах степень прогрессии была значительно сокращена. Третьей мерой уравновешивания Козловски называет налог на наследство*.

Наконец, важно следующее. В рейнской модели государство понимается не как минимальное, а в первую очередь как социальное государство, не как государство благосостояния в английской реформистской традиции, которая восходит к политике, предложенной в 1940-х годах Бевериджем, основателем английского государства благосостояния, а как государство социальной безопасности в традиции Бисмарка, заложенное в 1890-х годах. «Задачей социального государства в рейнской традиции, – пишет Козловски, – является не только гарантия правовым государством действенности закона, но также и обеспечение социальным государством, по крайней мере, минимального уровня социальной безопасности. Это, однако, не значит, что его целью является создание “государства всеобщего благоденствия”» [5] .

Рассмотрение этой классификации капиталистических экономических порядков (капитализмов) Козловски завершает утверждением, что «европейский и западный подход, разделяющий англосаксонскую и рейнские модели, несмотря на ценность этой классификации для Европы, является недостаточным в мировом масштабе. С концом коммунизма мир вступил в новую стадию дебатов, в которой конкурируют друг с другом не только две упомянутые выше модели капитализма. В эти дебаты должны быть включены и те модели капитализма, которые доминируют за пределами западного мира» [6] .

Заметим, что несмотря на критическую оценку Козловски, классификация Альбера представляется весьма интересной в контексте рассмотрения моделей социальной политики, поскольку во многом совпадает с подходом рассмотренной выше классификации Эспинга-Андерсена, что поддерживает нашу уверенность в правильности выбора основополагающей типологии.

2. Экономика благосостояния: неолиберализм против кейнсианства?

Государство благосостояния – феномен ХХ столетия, но истоки его – и социальные, и экономические – уходят в прошлые века. Профессор экономики Брюссельского университета Роберт Скотт Гасслер рассматривает государство благосостояния как экономическую систему, сопоставляя основные положения экономической теории, начиная с идей А. Смита и подводя читателя к пониманию экономики государства благосостояния. «”Классическая” экономика появилась в Англии, где она развивалась Адамом Смитом в XVIII в. и Джоном Стюартом Миллем в XIX в., – пишет Р.С. Гасслер. – Существенный вклад в ее формирование внесли и идеи экономистов континентальной Европы. В макроэкономике термин “классическая” используется для описания экономики, существовавшей до 1935 г. Именно тогда была опубликована "Общая теория занятости, процента и денег” Джона Мейнарда Кейнса. Книга была воспринята как атака на классических экономистов и как исчерпывающая альтернатива их теории. Появление книги Кейнса положило начало изучению макроэкономики» [7] .

Как случалось со многими течениями, вслед за основателем явился толкователь. В данном случае это был Дж. Хикс. В 1937 г. в журнале «Эконометрика» была напечатана его статья, в которой он пытался примирить классическую модель с моделью Кейнса. Результат Хикс назвал неоклассическим синтезом. Среди его наиболее видных сторонников – П. Самуэльсон из Массачусетского технологического института и Дж. Т. из Йеля. Некоторое время «монетаристы» под предводительством М. Фридмана из Чикагского университета пытались выделиться в отдельную школу, но в конечном счете добились лишь признания собственной теории как одной из вариаций на главную тему. Воззрения экономистов мейнстрима, в том числе и кейнсианцев, эклектичны. Они считают, что люди в основном эгоистичны, но способны заботиться об обществе, что рынки могут как процветать, так и рушиться, а правительства способны как преуспевать, так и ошибаться. Для них государство благосостояния — это неплохая идея. К этой группе принадлежат П. Кругман, Дж. Стиглиц и многие другие. На 1980-е годы пришелся повсеместный расцвет «неолиберального» подхода, объединившего монетаристов и прочих экономистов правого крыла. Гасслер утверждает, что основные постулаты их позиции сводятся к тому, что люди всегда эгоистичны, рынки всегда процветают, а правительства и «плановость» приносят зло. Они, похоже забывают, – полагает Гасслер, – что А. Смит подчеркивал роль правительства, церкви и школы в экономике, а также обращал внимание на исключительную важность морали в человеческой жизни. Неолибералы закрывают глаза и на то, что Дж.Ст. Милль был не только либертарианцем, но и социалистом.

Далее Гасслер обращается к проблеме благосостояния людей в обществе. «Эта проблема, – пишет он, – была поставлена в связи с полемикой о социализме в 1920-х годах. Решение вопроса было найдено 20 лет спустя благодаря формализации “экономики благосостояния” и построению моделей изучения того, каким образом происходит усиление или ослабление общественных институтов в зависимости от благосостояния жителей. Экономисты обнаружили, что только при определенных, весьма нереалистичных условиях свободные рынки, будучи предоставлены самим себе, способны эффективно распределять ресурсы. Подобное наблюдение, безусловно, чрезвычайно важно для экономистов, но вряд ли интересует кого-нибудь еще. Доказать, что сами по себе свободные рынки могут достичь чего-либо другого, не удалось: свободные рынки необязательно честно распределяют доходы, спасают от инфляции, приносят счастье или хотя бы гарантируют, что все останутся живы. В обычных обстоятельствах свободные рынки не уменьшают загрязнение, не способствуют украшению городов или сохранению природы» [8] .

На самом деле, по мнению бельгийского ученого, для успешного функционирования свободным рынкам необходимы другие институты. Правительство и прочие общественные институты выполняют пять видов экономических задач, оберегающих рынок от провалов и позволяющих ему успешно развиваться.

  • Во-первых, они создают благоприятные условия для экономической деятельности: обучают людей, формируют у них вкус и мораль, раскрывают научные основания технологии производства, вселяют в людей уверенность, что у них хватит собственных сил для выживания.
  •  Во-вторых, налаживают и делают оперативной саму экономическую систему: устанавливают право на собственность, информируют о товарах и способах их приобретения, регулируют ведение деловых операций.
  • В-третьих, они корректируют размещение ресурсов: обеспечивают инфраструктуру, ограничивают загрязнение окружающей среды, контролируют монополии, страхуют от избыточных рисков.
  • В-четвертых, перераспределяют доходы, либо в виде непосредственной денежной помощи, либо субсидируя социальные программы.
  • В-пятых, стабилизируют макроэкономику: понижают безработицу и инфляцию, способствуют долговременному росту.

Таким образом, государство благосостояния формируется в две стадии. Сначала оно обеспечивает людей средствами для самостоятельного выживания, делая свободную торговлю действительно свободной. (Даже М. Фридман говорит об этом.) Затем корректируются просчеты рынка в целях справедливого перераспределения доходов. Нет никакой гарантии, что в условиях свободного рынка каждый получит ровно столько, сколько заслуживает. Прежде нужно определить, «что он заслуживает» и «что платит рынок». Все европейские государства благосостояния позволяют капиталистам иметь собственность и сравнительно мало вмешиваются в размещение ресурсов. Тем не менее они придерживаются различной макроэкономической политики: Германия – более монетаристской, а Австрия и Швеция – кейнсианской.

------------------------------------------------------------------------------------

*Козловски замечает, что прежде всего здесь имеется в виду политика социальной безопасности.

** При описании двух указанных моделей экономического порядка Козловски отмечает, что государство благосостояния Великобритании не вписывается в модель противостояния неоамериканской и рейнской моделей. Это показывает, что данный дуализм не является всеохватывающим. Британский капитализм, по мнению Козловски, нельзя отнести ни к первому, ни ко второму типу. Одним из свидетельств этого и является то, что в последнее время налог на наследство в Великобритании был выше, чем в Германии.

 

[1] См.: Козловски П. Социальное рыночное хозяйство и разновидности капитализма // Социальное рыночное хозяйство. Теория и этика экономического порядка в России и Германии. СПб., 1999. С. 9.

[2] Там же. С. 10.

[3] Ср.: Koslowski P. Ethics of Capitalism and Critique of Sociology. Two Essays with a Coment by James Buchanan. Heidelberg; Berlin; N.Y., 1996. (Козловски П. Этика капитализма. Эволюция и общество. СПб., 1996.)

[4] Козловски П. Социальное… С. 11.

[5] Козловски П. Указ. соч. С. 12.

[6] Там же.

[7] Гасслер Р.С. Государство благосостояния: теория и практика // Политический журнал. 2004. № 21 (24).

[8] Там же.

 

 Написать комментарий Ваш комментарий
(для участников конференции)


  • 25.04.06 бесплатный сыр бывает только в мышеловке (М.Л.Апель)
  • 23.03.06 Есть ли "общий аршин" для сравнения разных моделей?  (Ю.В.Латов)
  •  
      Дискуссия