Эксоцман
на главную поиск contacts


О кластерах

М.Ю.Шерешева

Сейчас понятие «кластер» становится модным
(так же как понятие «глобализации» или 
«экономики постмодерна»). Однако, говоря о кластерах, многие уходят
в крайности.


Одна крайность такова: в последнее время термин «кластер»
все чаще употребляется в России в отношении целой отрасли («реализация стратегии
лидерства даже несколькими компаниями позитивно отразится на всем российском стальном
кластере»[1],  «под Минпромэнерго ушли такие хайтечные кластеры, как космос,
ядерная энергетика, отдельные подотрасли ВПК»[2]).
Эта подмена, на первый взгляд, - простая дань моде. Но такая подмена одного понятия
другим принципиально опасна, она мешает верному пониманию перспектив, поскольку ставится
знак равенства между ОТРАСЛЬЮ (в любом
виде, в том числе поделенной между несколькими ВИК, да хоть бы представляющей из
себя одну большую ВИК – вариант при нынешних тенденциях в России вовсе не утопический)
 и КЛАСТЕРОМ.


Другая крайность: «Отраслевая логика управления
экономическим развитием устарела. Теперь отрасль становится понятием виртуальным
– нет ни объекта, ни субъекта ее развития. Невозможно больше говорить об «управлении»
отраслью... Отсутствуют границы между секторами
и видами деятельности и все они рассматриваются во взаимосвязи»[3].
 То есть развитие кластерного принципа рассматривается как вытеснение,
уход в прошлое отраслевого принципа.


Мне кажется, отчасти путаница возникает из-за большой
популярности примера Финляндии. Это действительно блестящий пример успешной стратегии,
опирающейся на кластерный принцип. Но размер Финляндии таков, что там нет противоречия
между отраслевым принципом и принципом создания территориальных кластеров. У нас
ссылаются, например, на  кластер,
который сформировался вокруг группы из нескольких финских ЦБК, расположенных в радиусе
80 километров друг от друга.
На самом деле, в Финляндии действует не кластер
из ЦБК, а лесной кластер[4], куда входят
целлюлозно-бумажные и деревообрабатывающие компании – и эти компании (с высочайшим
уровнем производительности труда по мировым меркам) уже давно реализуют глобальную
стратегию развития, активно приобретая компании за рубежом. То есть, во-первых, радиус
80 км они давно уже расширили. Во-вторых, похоже, что у финнов-то как раз идет речь
об управлении отраслевым рынком, только об управлении грамотном, т.е. с использованием
новейших подходов - и не просто «по моде», а исходя из стратегического
видения роли отрасли для экономики страны в целом. При этом они «мониторят»
ситуацию, делают расчеты и деление меняют: в последней классификации ETLA 9 кластеров,
из них 2 сильных, 3 устойчивых, 2 потенциальных и 2 латентных[5].
Выделявшиеся в предыдущих исследованиях транспортный, экологический и химический
кластеры сейчас «упразднены» и включены как составные части в 9 кластеров
последней классификации. А кластеры "бизнес-услуги" и "машиностроение", наоборот,
только что выделены в последнем исследовании ETLA.


Само собой, в России использование новейших подходов
и стратегическое видение крайне полезны. Но любую серьезную российскую отрасль не
всунешь в один кластер - это не Финляндия. Кластеры возникают в определенных регионах
(в России эта тенденция становится видна) – но может ли такой территориальный
кластер представлять  всю лесную или
всю металлургическую (и т.д., и т.п.) отрасль России? То есть при наших территориях,
наверное, речь должна идти о территориально распределенной системе кластеров[6], при сохранении вертикально интегрированных
структур там, где они эффективны. Сейчас уйти от иерархических структур в России
объективно нельзя - из-за отсутствия  «социального
капитала». (Френсис Фукуяма:  при
формировании сетей фирмы «должны полагаться на социальный капитал, который существует
(а существует он не всегда) в более широком сообществе. Самоорганизующиеся сети с
наибольшей вероятностью возникают, когда люди в широком сообществе имеют другие сильные
общественные институты и не разделяются по классам, национальностям, вероисповеданию,
расе или другим признакам… При отсутствии социального капитала иерархические
организации имеют большое значение и фактически могут оказаться единственным средством,
благодаря которому общество с низким уровнем доверия может быть организовано»[7]). 


 


Попытаюсь сформулировать
выводы, которые представляются важными.


Во-первых,
сетевой принцип организации бизнеса не может быть насаждаемым насильно
по определению («сеть – это современная корпоративная
версия спонтанной организации»[8]).
 Но это не
означает, что не надо создавать институциональные предпосылки для развития сетевого
взаимодействия компаний. Надо, причем сейчас.


Во-вторых,
кластерный принцип важен, прежде всего, не для развития отдельных регионов России,
а для развития экономики страны в целом, поскольку:


·        
с помощью
системы кластеров можно преодолеть противоречие между большими масштабами и гибкостью
(гибкость при больших масштабах), при этом, как показывает мировой опыт, «развитие
кластеров и вертикальных групп может дополнять друг друга»…(согласна с
утверждением Ялова, но по поводу его же слов, «кластерный подход не вступает
в конфликт с задачами развития вертикальных корпораций» возникает вопрос: а
развитие ВИК не вступает ли в конфликт с задачами развития кластеров? На мой взгляд,
может и вступать. Здесь государственная политика очень важна – это хорошо показывает
как раз опыт Финляндии)


·        
для российской
экономики может быть крайне выгодным не только создание устойчивых субконтрактинговых
схем, «скрепляющих» воедино экономическое пространство страны при сохранении
«гибкости и подвижности станового хребта» (ключевые отрасли), но и формирование
трансграничных кластеров[9]. Если по-умному
выстроить трансграничные кластеры с очень перспективными соседями, в первую очередь
с Финляндией и Китаем, это может стать важным шагом к формированию выгодных России
экономических осей (корридоров) (примеры таких осей:
Europes major economic growth axis, emerging urban corridors in Pacific Asia, the United
States-Mexico Border Zone etc.) Участие в таких осях сейчас закладывает
уникальные возможности на будущее, поскольку налицо процесс принципиальной и глубокой
перестройки мировой экономической карты (см., например,
P.Dicken. Global Shift, 2003).


 


Поскольку этой
проблемой я заинтересовалась недавно, хотелось бы увидеть в первую очередь критику
высказанных соображений, а также советы, что имеет смысл прочесть по данной теме.








[1] Аппаратный блицкриг // Эксперт, #10
(413) от 15 марта 2004.



[2] Д.Сиваков. Не упустите шанс
// Эксперт, #10 (413) от 15 марта 2004.



[3] Д.А. Ялов (Эксперт  Фонда ЦСР «Северо-Запад»). Кластерный подход  как технология управления региональным экономическим
развитием // Журнал "Компас промышленной
реструктуризации" №3-2003


http://www.compass-r.ru/magaz/3-2003/1-3-2003.htm



[4] ETLA - Институт исследования экономики
Финляндии. Девять основных кластеров идентифицированы 
методами анализа таблиц "затраты-выпуск". Это лесной, информационный и телекоммуникационный,
металлургический, энергетический, бизнес-услуг, здравоохранения, машиностроительный,
пищевой, строительный.



[5] «Индикаторами международной конкурентоспособности
конечной продукции отраслей, объединенных в кластеры, в процессе исследования служили:
превышение доли продукции данной отрасли на мировом рынке над суммарной долей страны
в общей мировой торговле; превышение отраслевого экспорта над импортом. В то время
как потенциальная конкурентоспособность фиксировалась в случае, если темпы роста
объемов продаж, прибыли и инвестиций, а также уровень производительности труда в
данной отрасли выше среднеотраслевых в мире». См.
Эксперт
Северо-Запад #43 (152) от 17 ноября 2003 года.



[6] Об экономических осях, соединяющих
регионы
, а не чтобы регион России с регионом России воевали! Регионы (те из них,
которые вообще знают о кластерах), само собой, думают о своей выгоде от всей этой
затеи. Вот  Эксперт
Северо-Запад #43 (152) от 17 ноября 2003 года: «Опыт развития кластеров
Финляндии имеет особое значение для экономики Северо-Запада России. В этом регионе
эволюционно сложились предпосылки для формирования аналогичных кластеров, которые
по своим масштабам и потенциалу способны существенно превосходить финские. Можно
уверенно говорить о наличии потенциальных кластеров на базе таких отраслей, как лесная
промышленность (объединяющая лесное хозяйство, механическую и химическую деревообработку),
металлургия и металлообработка (черная и цветная), топливно-энергетический сектор,
пищевая промышленность, сектор информационных технологий и телекоммуникаций. Кроме
того, потенциалом кластеризации, то есть устойчивого функционирования в системе связанных
отраслей, обладают машиностроение (прежде всего оборонное и судостроение), фармацевтическая
и медицинская промышленность (кластер здравоохранения по финской классификации),
парфюмерно-косметическая, химическая промышленность, промышленность строительных
материалов, транспортный сектор и др.» То есть «мой регион – мои
кластеры». Сейчас для региональных администраций выгодно «тянуть одеяло
на себя». Ялов ("Компас промышленной
реструктуризации" №3-2003): преимущества, которые дает кластер для региональных администраций: «увеличивается
количество налогоплательщиков и налогооблагаемая база (центры управления малым и
средним бизнесом как правило находятся на той же территории, что и сам бизнес, в
отличие от вертикальных корпораций), появляется удобный инструмент для взаимодействия
с бизнесом, снижается зависимость от отдельных бизнес-групп, появляются основания
для диверсификации экономического развития территории». А «к сдерживающим
факторам для развития кластеров относят: низкое качество бизнес климата, низкий уровень
развития ассоциативных структур (торговых палат, промышленных ассоциаций), которые
не справляются с задачей выработки и продвижения приоритетов и интересов регионального
бизнеса» (!!!). То есть ситуация «регион против региона» - при нынешних
администрациях регионов это не будет «живительной конкуренцией внутри отрасли»,
это будет борьба бульдогов под ковром в Москве. Кто кого лучше удавит, особенно с
учетом того общеизвестного факта, что
«региональные
администрации практически всегда сильно вовлечены в деятельность бизнеса. Бизнес
же часто оказывает сильное влияние на администрацию» (
Ялов, "Компас
промышленной реструктуризации" №3-2003).



[7] Ф.Фукуяма. Великий разрыв. –
М., 2004. – с.303-304, 306.



[8] Там же, с.302.



[9] Предполагающих интенсивный обмен ресурсами,
технологиями и ноу-хау, способствующих  реализации
оригинальных бизнес-моделей, созданию единого информационного пространства и хорошего
делового климата и т.п. – т.е. обеспечивающих взаимное укрепление конкурентоспособности. 



 Написать комментарий Ваш ответ
(для участников конференции)

  • 14.04.04 О кластерах (М.Ю.Шерешева)
  •  
      Дискуссия