Эксоцман
на главную поиск contacts


Когда же перестали действовать социо-естественные закономерности экономического развития?

Ю.В.Латов

Сергей Вадимович затронул еще один очень интересный парадигмальный
подход к экономической истории и вообще к социально-экономическому развитию, который
ближе, пожалуй, не только к институциональной экономической истории, но и к социо-естественной
(у нас в России эту парадигму основал Л.М. Гумилев, сейчас ее развивает Э.С. Кульпин).
Речь идет о том, что развитие человеческого социума подвержено (особенно на ранних
его этапах) не только социальным, но и общебиологическим закономерностям, подобно
популяции любого вида животных. Опираясь на замечательные материалы современного
российского историка С.А. Нефедова (см., например: Нефедов
С.А. О возможности применения структурно-демографической теории при изучении истории
России XVI века // Отечественная история. 2003. № 5.), основную идею теории
социо-естественной демографической истории можно изложить так.

Рис. 1. Логистическая кривая численности населения и кривая душевого
потребления продовольствия (по Р. Пирлу)

Изучая доиндустриальные общества, американский демограф
начала XX в. Раймонд Пирл пришел к выводу о циклических колебаниях численности населения
– демографических циклах ( Pearl R . The biology of population growth . N .
Y ., 1925). По его мнению, рост населения описывается «логистической кривой»:
сначала население возрастает довольно медленно, потом рост ускоряется, но через некоторое
время кривая приближается к асимптоте, поворачивает и далее движется вдоль асимптоты.
Это означает, что популяция приблизилась к границам экологической ниши, и голодная
смертность скомпенсировала естественную рождаемость. Поскольку продовольственные
ресурсы в доиндустриальных обществах стабильны, то по мере роста населения соответственно
убывает душевое потребление (Рис. 1). «Ножницы» между растущим населением
и падающим потреблением приводят общество на грань срыва, когда случайные внешние
факторы (война или неурожаи) могут привести к демографической катастрофе –
гибели значительной части населения. После этого демографическое давление падает
и начинается новый демографический цикл.

Проверка концепции Р. Пирла наталкивается на слабость исторической
статистики: если об изменениях численности населения еще можно как-то судить, то
об уровне потребления данных практически нет. Однако мерилом избытка или недостатка
ресурсов могут послужить цены на продукты и реальная заработная плата. Этот вопрос
позже подробно изучил Майкл Постан ( Postan M. Some economic evidence of declining
population in the later middle ages // The Economic History Review. Ser . 2. 1950.
Vol . 2. № 3) . Анализируя последствия «Черной Смерти» XIV в., он
сформулировал следующую цепочку причин и следствий: убыль населения приводит к тому,
что на смену прежней нехватке земли приходит ее избыток, появляется нехватка рабочей
силы; следствиями недостатка рабочей силы являются резкое возрастание реальной заработной
платы (то есть платы, исчисленной в зерне) и понижение ценности земли (то есть уменьшение
земельной ренты, оброков и барщины). Эти выводы М. Постана, сделанные на основе анализа
экономической истории различных странах Западной Европы, приводятся в «Принципах
экономики» Н.Г. Мэнкью как пример действия общего закона труда и заработной
платы ( Мэнкью Н.Г. Принципы экономикс. СПб., 1999. С. 404) .

 








Рис. 2. Индекс реальной заработной платы в Англии XVI - XIX вв.

Действительно, в истории Западной Европы кризис XIV в. виден очень
четко, причем историками-демографами доказано, что этот кризис начался до «Черной
Смерти». Эпидемия 1348-1350 гг. именно потому и стала пандемией, унесшей примерно
четверть населения Европы, что оно уже начало страдать от вызванного перенаселением
недоедания.

Но вот когда Запад вырвался из демографической ловушки? Сергей
Вадимович пишет, что после «Черной Смерти» в Англии был кризис XVII в.
(в эпоху английской революции), и даже «в начале XIX века… страна балансировала
вблизи демографического кризиса». Мне кажется, что Рубикон Англия перешла заметно
раньше.

Взглянем на график динамики заработной платы в Англии XVI - XIX
вв. (Рис. 2 – взято из только что опубликованной книги: Алексаха А.Г. Введение
в прогрессологию. Теоретические проблемы экономической истории. М., 2004. С. 275).
Мы видим, что после падения уровня зарплаты в конце XVI в. (видимо, это и есть последний
период перенаселения) начинается длительный подъем. В первой половине XVIII в. зарплата
относительно стабилизируется, затем идет сильный спад 1790-1810-х гг., за которым
следует новый подъем.

Можно ли считать «яму» 1780-1820-х гг. проявлением мальтузианского
кризиса? Ведь эта «яма» довольно точно совпадает с эпохой Спенхемленда
(1795-1834 гг.)! В таком случае можно считать, что уже в начале XIX в. динамика заработной
платы в Англии определялась не социо-естественными, а чисто социальными закономерностями.


 Написать комментарий Ваш ответ
(для участников конференции)

  • 30.10.04 Не следует забывать о демографических аспектах (С.В.Цирель)
  • 26.10.04 Альтернативы саморегулирующегося рынка (В.П.Васильев)
  • 24.10.04 К сравнению взглядов Карла Поланьи и Людвига фон Мизеса на социальную политику (А.О.Зиновьев)
  • 23.10.04 Культура бедности в контексте «Великой трансформации». Комментарии к материалам Т.Ю. Сидориной. (С.В.Творогова)
  • 22.10.04 Рецензия на доклад Т.Ю.Сидориной (И Иванов)
  • 21.10.04 Необходимость проведения социальных преобразований на уровне государственной политики (Е.В.Коцарь)
  • 21.10.04 О причинах возникновения бедности (Е.В.Матвеева)
  •  
      Дискуссия