Эксоцман
на главную поиск contacts
Интернет-конференция
Поиск эффективных институтов для России XXI века

с 27.10.03 по 27.12.03

Конкуренция и монопольная власть в экономике России: логика переходного процесса

С.Б.Авдашева
 Написать комментарий Ваш комментарий
(для участников конференции)


В статье рассматривается развитие тенденций конкуренции и монопольной власти в переходной экономике России. В качестве центральных процессов, оказавших развитие на соотношение конкуренции и монополии в российской промышленности, а также их формы, рассматриваются адаптация предприятий, приватизация и развитие государственного регулирования.

Понимание конкуренции и монопольной власти в мировой экономической науке менялось по мере развития теории рынков и до сих пор остается неоднородным[i]. Однако независимо от нюансов определения конкуренции, большинство соглашается с тем, что к конкурентным относятся такие рынки, где экономические агенты располагают и возможностями, и сильными стимулами для осуществления инвестиций, направленных на повышение конкурентных преимуществ в процессе производства благ (в отличие от процесса их распределения). Именно в таком понимании рыночная конкуренция является необходимым условием эффективного принятия решений и экономического развития. Монополия, имманентно присущая экономике советского типа, препятствовала эффективному развитию именно потому, что исключала стимулы к производственным инновациям, нацеленным на приобретение сравнительных преимуществ в производстве, на уровне отдельных экономических агентов.

Соотношение между конкуренцией и монопольной властью на отраслевых рынках России существенно менялось на протяжении десятилетнего переходного периода. Цель статьи состоит в том, чтобы показать, каким образом менялись основные факторы, формирующие соотношение между конкуренцией и монополией в период с начала российских реформ. При этом особое значение для нас будут иметь специфические причины и формы проявления монопольной власти, преобладавшие на разных этапах переходного периода и связанные с важнейшими переходными процессами – адаптацией предприятий, приватизацией и становлением национальной системы собственности и корпоративного управления, развитием системы государственного регулирования экономики.

 

Конкуренция и адаптация предприятий

Отправной точкой развития структуры российских рынков служил высокий уровень монополизма в производстве и распределении благ, созданный советской системой хозяйства. В работах, написанных в период перестройки и посвященных отраслевой структуре в советском хозяйстве, подчеркивались факторы монополизма, созданные политикой централизованного размещения производства: преобладание крупных предприятий, чрезмерно узкая специализация производителей, закрепление поставщиков за регионами и категориями потребителей в рамках централизованной системы сбыта продукции. Именно эти факторы рассматривались как наиболее опасные для успешного развития конкуренции в будущем рыночном хозяйстве.

Однако опасения, связанные с наследием социалистической системы размещения производства и организации сбыта, оказались в значительной степени преувеличенными. Либерализация внешней торговли практически мгновенно устранила монополизм российских производителей на потребительских рынках. Кроме того, либерализация цен создала стимулы для такой адаптации производителей, которая в значительной степени разрушила основы монополизма «советского типа». Во многих отраслях предприятия быстро диверсифицировали производство, что позволило решить проблему монопольной власти как результата немногочисленности продавцов на рынке. Развитие альтернативных каналов снабжения и сбыта происходило несколько медленнее, поскольку наталкивалось на проблемы осуществления инвестиций в условиях значительной неопределенности, однако и этот процесс был вполне устойчивым. Стимулы развития альтернативных каналов поставки и/или сбыта были тем сильнее, чем более высокая рента создавалась благодаря сегментированности рынков[ii]. Расширение круга покупателей и географии сбыта позволяло производителям получать дополнительную прибыль, но при этом объективно расширяло границы рынков и усиливало конкуренцию между их участниками. Уже в первой половине 1990-х годов было накоплено много свидетельств подобной адаптации производителей, способствующей развитию конкуренции на соответствующих отраслевых рынках[iii]. Новый этап адаптации российских производителей на рубеже веков связан с совершенствованием организационной структуры компаний. Выделение непрофильных подразделений, развитие системы аутсорсинга объективно способствует усилению рыночной конкуренции.

Нельзя утверждать, что на сегодняшний день возможности развития конкуренции благодаря эффективной адаптации российских предприятий исчерпаны. Существует много свидетельств того, что многие компании до сих пор управляются менеджерами, не владеющими современными методами маркетинга и организации бизнеса. Опрос предприятий, проводимый в рамках проекта «Нерыночный сектор в экономике России» под руководством Е.Г.Ясина в 2001 г., показал, что около 1/3 респондентов – менеджеров предприятий не в состоянии сопоставить конкурентоспособность производимой ими продукции с импортными аналогами. Особенно примечательно, что такую сравнительную оценку не смогли дать свыше 35% менеджеров предприятий легкой промышленности, ориентированной на рынки со значительным присутствием экспорта. Более того, результаты опроса не обнаружили положительной связи между оценками конкурентоспособности собственной продукции и экономическим положением предприятия, что может быть интерпретировано как неспособность менеджеров дать корректную оценку важнейшего фактора развития компании[iv]. В этой связи необходимо отметить, что на сегодняшний день процесс развития конкуренции благодаря адаптации российских производителей, нацеленной на повышение конкурентоспособности, далеко не исчерпан.

Безусловно, адаптация производителей к изменившимся условиям хозяйствования имеет не только про-конкурентные, но и анти-конкурентные эффекты. В качестве примера последних можно отметить усилившуюся после 1998 года тенденцию укрупнения российских компаний, в том числе путем приобретения контроля и создания бизнес-групп. В течение последних лет появились работы, посвященные альтернативным формам организации российских бизнес-групп[v], монографические исследования развития крупнейших групп[vi] и анализ общих тенденций их развития[vii]. Сопоставляя положительное и отрицательное влияние бизнес-групп на экономическую эффективность, большинство авторов приходит к выводу о том, что формирование бизнес-групп является формой реструктуризации российских предприятий[viii]. Наиболее оптимистичные исследователи рассматривают бизнес-группы как магистральный путь модернизации российской промышленности[ix]. В этом контексте повышение концентрации отраслевых рынков многими аналитиками расценивается как допустимый побочный эффект повышения конкурентоспособности российских производителей.

Однако насколько эффективная адаптация производителей достаточна для того, чтобы обеспечить развитие конкуренции на российских отраслевых рынках? Для ответа на этот вопрос необходимо обратиться к стимулам участников рынков. На чрезвычайно сегментированных рынках при устранении барьеров, связанных с советской системой централизованного распределения, прибыль приносила стратегия входа на новые сегменты рынка (освоение новых видов продукции, расширение географии сбыта, поиск новых контрагентов), которая объективно способствовала усилению конкуренции. С развитием рынков и исчерпанием возможностей повышения прибыли таким путем стимулы принятия решений меняются. Ни один участник рынка не заинтересован в усилении конкуренции как таковой, напротив, возможность получения им экономической прибыли напрямую зависит от возможности приобрести некоторую рыночную власть – хотя бы временного характера. Адаптация российских производителей объективно способствовала усилению конкуренции в первые годы реформ, однако на сегодняшний день связь между стратегиями российских производителей и интенсивностью конкуренции представляется более комплексной. Характер этой связи зависит от институциональной среды принятия решений бизнесом, в том числе и от государственной политики.

 

Конкуренция и приватизация

Приватизацию можно отнести к важнейшим событиям переходного периода. В качестве компонента пакета радикальных реформ приватизация рассматривалась как необходимое условие развитие конкуренции, в первую очередь благодаря тому, что именно приватизация должна была создать децентрализованные стимулы для соперничества между участниками рынков. Действительно, приватизация и развитие корпоративного контроля оказали существенное влияние на становление структуры российских отраслевых рынков, однако в ряде случаев это влияние оказалось не вполне ожидаемым.

Логика массовой приватизации привела к активным процессам перераспределения акционерного капитала, продолжающимся по настоящее время[x]. Несмотря на то, что приватизация как развитие частных прав собственности началась в недрах советской экономики задолго до либерализационных реформ[xi], возможность приобретения и реальных, и формальных прав собственности, защищаемых легально, оказала решающее влияние на стратегии экономических агентов. Если до 1998 года приобретение реальных прав собственности, в первую очередь инсайдерами – менеджерами предприятий, приобретало преимущественно форму борьбы за контроль финансовых потоков, то после 1998 года усилилось стремление к приобретению формально закрепленных прав собственности[xii]. Оба этих процесса воздействовали на организацию отраслевых рынков и конкуренцию. На этапе преобладания прав собственности, не закрепленных формально, возник феномен «распыленной компании», где центры принятия решений и осуществления ключевых для компании трансакций были отделены собственно от производственных подразделений[xiii]. Воздействие модели «распыленной компании» на конкуренцию представляется неоднозначным. С одной стороны, подобная модель, создаваемая в первую очередь для защиты реальных прав собственности (как прав на распоряжение финансовыми потоками), не способствует такому поведению компании, которое соответствует понятию «злоупотребление доминирующим положением». Кроме того, модель «распыленной компании» осложняет вертикальный и горизонтальный рост фирмы, поскольку предполагает высокие издержки иерархической координации. С другой стороны, особенности функционирования «распыленной компании» сдерживают активные адаптационные процессы, способствующие развитию рыночной конкуренции, в том числе и потому, что отвлекают значительные ресурсы на обеспечение координации внутри компании. Развитие структуры рынков, в противоположность ее консервации, началось вместе с преодолением «распыленности» российских компаний, которое потребовало концентрации собственности в руках реальных владельцев, которыми для значительной части акционерных обществ выступают менеджеры - инсайдеры.

Взаимосвязь между конкуренцией и частной собственностью носит комплексный характер, который можно описать, только отталкиваясь от институционального анализа прав собственности. Права собственности предполагают равенство экономических агентов в плане тех обязательств, которые они должны нести в обмен на владение соответствующими правами. В этом смысле решение задачи обеспечения равных условий конкуренции совпадает с достижением цели развития частной собственности. В последнее время все чаще стали звучать утверждения о том, что в этой взаимосвязи приоритет принадлежит именно развитию конкуренции. Любопытно, что еще до начала процессов массовой приватизации в бывших социалистических странах этот тезис высказывался многими экономистами[xiv].

Действительно, отсутствие равных условий рыночной конкуренции неизбежно влияет на систему собственности и корпоративного контроля. Приведем лишь один пример из практики российского корпоративного управления. Существуют многочисленные свидетельства того, что в России основным способом извлечения доходов из инсайдерской собственности до настоящего времени остается участие менеджеров – инсайдеров в формировании себестоимости[xv]. Однако такая система неявно предполагает возможность продажи произведенного товара по «плановой» цене и практически исключает ценовую конкуренцию на этапе реализации продукции. В отличие от хрестоматийной ситуации, когда собственники принимают на себя рыночные риски, участвующие в себестоимости российские собственники должны быть уверены, что приобретение ресурсов по ценам, включающим вознаграждение владельцам компании, не окажет отрицательного влияния на ее конкурентные преимущества. Такая система не может успешно использоваться в условиях заметной рыночной конкуренции.

 

Конкуренция и государственная политика

На протяжении периода реформ государственная политика оказывала противоречивое воздействие на развитие конкуренции. Первые шаги реформ – в первую очередь либерализация цен и внешней торговли, легализация частного бизнеса как такового, - дали возможность присваивать ренту, создаваемую благодаря заложенному в советской системе монополизму, но одновременно создали возможности и для размывания этой ренты благодаря рыночной конкуренции. Процесс размывания ренты, который служил непосредственным результатом адаптации предприятий к новым условиям (см. выше) происходил в разных отраслях более или менее активно, в зависимости от суммы первоначальных инвестиций.

Вместе с тем, на протяжении последнего десятилетия именно политика государства остается важнейшей причиной, ограничивающей конкуренцию в российской экономике. Так, фактически политика государства (особенно на региональном уровне) на протяжении последнего десятилетия препятствовала закрытию неэффективных производств. Барьеры выхода одновременно снижают стимулы для входа новых участников рынка, даже если последние способны производить продукцию более эффективно, с более низкими издержками. Фактическое различие режима налогообложения для российских компаний (в том числе возможность реструктуризировать задолженность на разных условиях) также снижает стимулы к эффективной ценовой и неценовой конкуренции. По мере развития российских рынков именно подобные препятствия развитию конкуренции выходят на первый план. Таким образом, претензии к государственному регулированию экономики в России связаны с тем, что действия государства создают институциональную среду, в которой бизнес не обладает достаточными стимулами к конкуренции.

Тезис о том, что ослабление стимулов к конкуренции в российской экономике служит результатом деятельности государства, неоднократно высказывался российскими и зарубежными исследователями. В докладе компании МакКинзи «Экономика России: рост возможен» (1999) содержится точка зрения, согласно которой главным фактором, сдерживающим инвестиции и инновации в России, является неравенство условий конкуренции, создаваемое деятельностью органов исполнительной власти[xvi]. Фактические преимущества, предоставляемые в рамках существующей системы менее эффективным участникам рынков, препятствуют их вытеснению более успешными конкурентами. Такая система ослабляет стимулы повышения конкурентоспособности и для “лучших”, и для “худших” компаний. Фактически та же проблема, но в другом аспекте рассматривалась в известной статье Гэдди и Икеса[xvii], которые показали, что при широком распространении скрытого субсидирования в форме заниженных цен на основные ресурсы в российской экономике сформировался сектор компаний, уничтожающих добавленную стоимость вместо ее создания (если осуществлять учет ресурсов и конечной продукции по мировым ценам).

Дискуссии по поводу условий хозяйствования в российской промышленности привели к выводу о необходимости руководствоваться представлениями о конкуренции, включающими не только количество участников рынка, но и условия доступа участников рынка – независимо от их числа, - к важнейшим ресурсам, равенство их обязательств перед контрагентами по сделкам и государственным бюджетом.

В настоящее время общепризнанно, что и концепции, и практика реформирования российской экономики на протяжении 1990-х годов недооценивали воздействие стимулов, создаваемых конкуренцией, на результаты хозяйствования. В последние годы либеральные программы экономической политики все больше надежд на повышение эффективности использования ресурсов связывают с ужесточением и выравниванием бюджетных ограничений на российских рынках. Именно эта концепция лежит в основе программы «структурного маневра», разработанной Е.Г.Ясиным[xviii].

 

х              х              х

 

Таким образом, с развитием переходных процессов в российской экономике постепенно утрачивали свое значение факторы монопольной власти, унаследованные от экономики советского периода, и связанные в первую очередь с особенностями размещения производства и системой распределения продукции. На первый план выходят новые причины возникновения монополии, связанные, однако, не только и не столько с рыночной концентрацией как таковой, сколько с особым положением отдельных экономических агентов в рамках системы доступа к ресурсам и взаимодействия с регулирующими органами.



[i] Розанова Н.М. Эволюция взглядов на конкуренцию и практика антимонопольного регулирования: опыт стран с развитой рыночной экономикой. Экономический журнал РГГУ, 2001, № 2.

[ii] Можно найти множество примеров, подтверждающих факт высокой ренты, создаваемой в монополизированных каналах поставки и сбыта. Один из них, относящийся к рынку сельскохозяйственной продукции, приводился в статье Серовой Е.В. и Мелюхиной О.А. К проблеме монополизма в сфере переработки сельскохозяйственных продуктов. Вопросы экономики, 1995, № 1. Помимо прочего, этот демонстрирует ценность информации в условиях неразвитой инфраструктуры рыночных трансакций и одновременно – стимулы к ее приобретению, что способствует снижению трансакционных затрат участников рынков.

[iii] Авдашева С.Б., Розанова Н.М. Анализ структур товарных рынков. Экономическая теория и практика России. М., ТЕИС, 1998.

[iv] Авдашева С.Б. Знают ли менеджеры российских предприятий конкурентоспособность своей продукции? В: Системное моделирование социально-экономических процессов. Тезисы докладов и сообщений XXV юбилейной международной научной школы-семинара имени академика С.Шаталина 24-28 мая 2002 г., г.Королев, Московская область, 2002.

[v] Например: Авдашева С.Б., Астапович А.З., Шаститко А.Е. (ред.). Анализ роли интегрированных структур на российских товарных рынках. Бюро экономического анализа, ТЕИС, 2000; Авдашева С.Б., Дементьев В.Е. Акционерные и неимущественные механизмы интеграции в российских бизнес-группах. Российский экономический журнал, 2000, № 1.

[vi] Паппэ Я.Ш. Олигархи: экономическая хроника 1992-2000. М., Изд-во ГУ-ВШЭ, 2000.

[vii] Радыгин А. Собственность и интеграционные процессы в корпоративном секторе. Вопросы экономики, 2001, № 5; Паппэ Я.Ш. Российский крупный бизнес как экономический феномен: особенности становления и современного этапа развития. Проблемы прогнозирования, 2002, № 1; Паппэ Я.Ш. Российский крупный бизнес как экономический феномен: специфические черты, модели его организации. Проблемы прогнозирования, 2002, № 2; Дынкин А. Соколов А. Интегрированные бизнес-группы в российской экономике. Вопросы экономики, 2002, № 4.

[viii] Долгопятова Т.Г. (ред.). Российская промышленность: институциональное развитие. Аналитический обзор, Вып.1, М., Изд-во ГУ-ВШЭ, 2002; Радыгин А., Энтов Р., Шмелева Н. Проблемы слияний и поглощений в корпоративном секторе. М., Институт экономики переходного периода, 2002.

[ix] См., например, материалы научного семинара под руководством Е.Г.Ясина «Экономическая политика в условиях переходного периода» на тему «Крупный российский бизнес и проблемы модернизации» 29 января 2003 г.; размещены по адресу: http://www.hse.ru/science/yassin/seminar_290103.html.

[x] Интенсивность процессов перераспределения акционерной собственности проанализирована в: Долгопятова Т.Г. (ред.). Российская промышленность: институциональное развитие. Аналитический обзор, Вып.1, М., Изд-во ГУ-ВШЭ, 2002, глава 1.

[xi] Нуреев Р., Рунов А. Россия: неизбежна ли деприватизация? (феномен власти – собственности в исторической перспективе). Вопросы экономики, 2002, № 6; Нуреев Р.М. (ред) Экономические субъекты постсоветской России (институциональный анализ). М., МОНФ, 2003, часть 2 «Фирмы в современной России», гл. 9-10.

[xii] Долгопятова Т.Г. (ред.). Российская промышленность: институциональное развитие. Аналитический обзор, Вып.1, М., Изд-во ГУ-ВШЭ, 2002, глава 1

[xiii] Кузнецов П.В., Горобец Г.Г., Фоминых А.К. Неплатежи и бартер как отражение новой формы организации промышленности в России. В: Предприятия России: корпоративное управление и рыночные сделки. М., Изд-во ГУ-ВШЭ, 2002.  Тот же феномен описан Д.Старком. Старк Д. Рекомбинированная собственность и рождение восточноевропейского капитализма. Вопросы экономики, 1996, № 6.

[xiv] Vickers J., Yarrow G. Economic Perspectives of Privatization, Journal of Economic Perspectives, 1991, vol.5, pp.111-132.

[xv] Розинский И.А. Механизмы получения доходов и корпоративное управление в российской экономике. В: Предприятия России: корпоративное управление и рыночные сделки. М., Изд-во ГУ-ВШЭ, 2002.

[xvi] Экономика России: рост возможен. Аналитический доклад. McKinsey &Co, 1999.

[xvii] Gaddy C.G., Ickes B.W. Russia's Virtual Economy. Foreign Affairs, 1998, September/October.

[xviii] Ясин Е.Г. Нерыночный сектор. Структурные реформы и экономический рост. ГУ-ВШЭ, 2003. Доклад размещен на сайте http://www.hse.ru/science/reports/yassin_2003.pdf

 

 Написать комментарий Ваш комментарий
(для участников конференции)


  • 22.11.03 Вопрос к докладу С.Б. Авдашевой «Конкуренция и монопольная власть…» (Ю.В.Латов)
  •  
      Дискуссия