Эксоцман
на главную поиск contacts
Интернет-конференция
Поиск эффективных институтов для России XXI века

с 27.10.03 по 27.12.03


Комментарии М.Малкиной по поводу статьи С.В.Циреля "Можно ли вернуться в Советский Союз?"

М.Ю.Малкина


В целом статья мне понравилась. Идея о том, что каждому типу экономической системы
соответствует собственный тип потребления в научном плане вполне состоятельна. Более
того, если тип потребления сформировался как своеобразный неформальный институт,
переход к неадекватным ему производственным структурам в целом невозможен. Действительно,
в Советский Союз (то есть в планово-распределительную экономику) возврата быть не
может. Как не может быть возврата в хозяйственную и социальную системы дореволюционной
России. Так же, как невозможно дважды вступить в одну и ту же воду. И все же есть
некоторые но.

Не являясь сторонником планово-распределительных систем, считая их экономически несостоявшимися
(хотя бы в виду указанной автором неспособности удовлетворять индивидуальные запросы
потребителей), все же вижу необходимость в рассмотрении разных эффектов централизованно
управляемого производства и потребления. Как известно, система массового производства,
рассчитанного на некоторого усредненного потребителя, имела как свои плюсы, так
и минусы. Очевидным плюсом такой системы было использование положительного эффекта
масштаба (массовое производство всегда дешевле серийного и тем более единичного).
И это работало в унисон с социальной политикой государства – советский человек
должен был получать дешевые товары. Другое дело, та система не стимулировала производителей
снижать издержки и улучшать качество, и это способствовало удорожанию производства.
Вторым очевидным плюсом такой системы было использование все того же эффекта масштаба
в снабженческо-сбытовой системе. Скажем, один грузовик развозил хлеб с одного хлебокомбината
во все лежащие в округе булочные. Теперь много грузовиков, много комбинатов, много
булочных. Оттого рыночный хлеб дороже. В-третьих, отсутствие конкуренции не вызывало
необходимости тратить финансовые средства на рекламу и упаковку. Из всего этого следует,
что товар в планово-распределительной системе был по объективным экономическим причинам
ДЕШЕВЛЕ, нежели товар, производимый в рыночной системе. Последняя, как известно,
в большей своей части представлена рынками монополистической конкуренции с дифференциацией
продукта. А вот теперь ответ на вопрос, согласны ли люди возвратиться в Советский
Союз (то есть, не могли бы, а хотели бы они это сделать или нет), во многом зависит
от их индивидуальных предпочтений. И здесь уместен кластерный подход. Есть группы,
для которых предпочтительнее дешевизна товара (обычно это лица с низкими доходами).
Ясно, что фактор дешевизны корректнее рассматривать в связке с другим – «доступность
товара». Но у лиц с низкими доходами обычно низкая альтернативная стоимость
свободного времени, а значит, они более готовы тратить его на стояние в очередях,
и это их рациональный выбор. Но есть и другие группы (с другими интересами), для
которых относительно более важным является разнообразие потребительского рынка, а
альтернативная стоимость свободного времени высокая или средняя. Ясно, что это, как
правило, обеспеченные люди. И они, понятно, делают свой рациональный выбор в пользу
доступного, более дорогого, но дифференцированного товара. Таким образом, социальная
организация общества проецируется на предпочтения людей. В этом отношении аппеляция
к идеям Хайека не вполне уместна, я имею в виду фразу о невозможности «другим
путем помимо реального функционирования рынка выяснить индивидуальные шкалы ценностей
(полезностей) и коэффициенты эластичности спроса различных товаров у потребителей».
Дело в том, что рынок дает возможность выявить предпочтения только среди рыночных
товаров, которые, как уже говорилось, имеют совсем другие характеристики, нежели
товар в административно-командной системе.

Автор комментируемой статьи в аннотации верно говорит об активной части населения,
формирующей тип потребления. Активная часть – это, главным образом, молодежь
и сумевшие найти себя в новой системе лица среднего возраста. Что касается молодежи,
ее взгляды формируются под влиянием установок родителей, контактных групп, СМИ и
т.д., но собственного практического опыта, для того, чтобы сравнить два типа потребления
и выявить собственные предпочтения, молодежь не имеет. Поэтому, как мне кажется,
более верно отражают среднюю шкалу предпочтений оценки людей среднего возраста (у
них есть и опыт, и пока еще существуют возможности для собственной реализации). Хорошо,
если большая часть из них попадает в «средний класс», который, действительно,
голосует за консьюмеризм. Но вот этот самый средний класс, по данным социологических
опросов, в российском обществе как-то слабо вырисовывается.

Далее. Связь между типом потребления и организацией производства все-таки, с моей
точки зрения, является более жесткой, нежели связь между типом потребления и типом
экономической системы в целом. Негибкость производственного аппарата АКС, рассчитанного
на производство массовой дешевой продукции, вполне может сочетаться с относительной
гибкостью нацеленных на решение других проблем рыночных структур внутри смешанных
экономик. В таком случае напрашивается вывод о том, что именно смешанные экономики
в большей степени, чем крайние (или близкие к ним) типы систем, нацелены на выявление
предпочтений всех субъектов. И вот здесь, действительно, голосование рублем и временем
позволяет выявить предпочтения и задать направление развития таких систем.

И, наконец, есть еще один аргумент, почему люди желают вернуться в Советский Союз
(а таких я лично знаю немало). Консьюмеризм, как идеология рыночной экономики, говорит
лишь о предпочтении людей относительно частных благ. Как известно, существуют также
чистые и смешанные общественные блага, коллективные блага и социально значимые блага.
Доля этой группы в АКС была несравнимо выше, нежели в современной рыночной экономике
России (туда попадали образование, здравоохранение, наука и пр.). Получалось так,
что люди, получавшие доступ к их распределению (иногда он был свободным, иногда существовали
ограничения), извлекали частные выгоды из общественных благ. Переход к рынку перевел
большую часть таких благ в разряд обычных продаваемых товаров и услуг, таким образом,
исчезла неисключаемость и неизбирательность в потреблении. Ясно, что лица, которые
оказались за барьером их потребления, могут желать возвращения в Советский Союз.

А закончить свои комментарии мне хочется с того, с чего начала. Абсолютно согласна
с автором статьи, что для изменения типа потребления нужны мощные социальные движения.
Именно в сфере потребительского поведения они и невозможны. У потребителей просто
отсутствуют механизмы реализации коллективных действий (по Олсону), какими, например,
располагают мощные бизнес-структуры. Именно поэтому тип потребления играет не активную,
а пассивную роль в экономической системе.

 Написать комментарий Ваш ответ
(для участников конференции)

  • 22.12.03 Новые замечания Ю.В. Латова к дискуссии с С.В. Цирелем (Ю.В.Латов)
  • 2.12.03 Реплика Ю.Латова по поводу полемики между С.В.Цирелем и А.Л.Темницким (Ю.В.Латов)
  • 27.11.03 Социальный феномен состоявшейся идеологии и практики потребительства  (А.Л.Темницкий)
  • 26.11.03 Комментарии М.Малкиной по поводу статьи С.В.Циреля "Можно ли вернуться в Советский Союз?" (М.Ю.Малкина)
  •  
      Дискуссия