Эксоцман
на главную поиск contacts

История теории рыночных структур

Опубликовано на портале: 30-12-2004
Краткий очерк о развитии теории рыночных структур, рассказывающий об эволюции представлений о конкуренции и конкурентном поведении от А. Смита до современной теории организациии отрасли. Упоминаются все основные экономисты, внесшие вклад в развитие этой области.

Теория рыночных структур является логическим продолжением теории фирмы или теории производства, так как посвящена ПОВЕДЕНИЮ фирм на рынке того или иного продукта или ресурса. Естественно предположить, что возможности и желания фирмы в конкурентной борьбе определяются в том числе ее производственной функцией, а также ее принципами поведения — то есть теми обстоятельствами, которые являются предметом теории фирмы. Более того, уже первый вопрос теории рыночных структур: а сколько фирм существует на рынке — целиком зависит от технологических и поведенческих аспектов, которые изучает теория фирмы.

Первоначально, еще до классических работ конца 18-19 вв. рассмотрение рыночных структур происходило в рамках простейшей дихотомии: «конкуренция —монополия». По сути эти два понятия вполне исчерпывали содержание хозяйственных процессов в течение очень долгого времени. Поэтому в поисках истоков упоминаний о подобного рода «структурах» можно зайти очень далеко. Стоит заметить, что обсуждение монополии зачастую фиксировалось на аспектах функционирования международной торговли и государственных привилегий, по крайней мере в Англии, представители которой доминировали в классической экономической науке, а сама страна являлась мощной торговой державой. Кроме того, монополия представлялась сугубо отрицательным феноменом, зачастую в рамках исключительно нормативного анализа, в то время как конкуренция считалась «нормальным состоянием». Отметим, что подобного рода воззрения являлись существенным элементом экономической теории очень долго – до того момента, как развитие (и овладение) аналитическим инструментарием и изменения в области хозяйственной практики не достигли некоей «критической» величины.

Конкуренция рассматривалась как «нормальное» состояние с давних пор, задолго до появления классической теории. Отчетливо мысли в защиту конкуренции были высказаны отдельными экономистами незадолго до классической политической экономикии (например, У. Петти или Ж. Тюрго). Нужно заметить, что эти авторы считали конкуренцию главной силой, которая устанавливает рыночную цену на некотором «естественном» уровне. Эта теория была хорошо развита и закреплена в «Богатстве народов» А. Смита, который предложил различать рыночные и естественные цены на любых рынках (в том числе рынке труда или капитала) и явно связал наличие естественных цен с действием конкуренции. Смит также анализировал только две структуры: монополию и конкуренцию — и не пытался выделить какие-либо другие типы рынка. В дальнейшем в рамках работ экономистов-классиков конкуренция оставалась «естественной» структурой («институциональным допущением», по точному замечанию Й. Шумпетера) и экономисты пытались понять, от чего зависит естественная конкурентная цена в различных условиях: входит ли в нее рента (Д. Рикардо), прибавочная стоимость (К. Маркс) и т. д. По сути это было анализом равновесия в длительном периоде, причем описательным вербальным анализом, без использованием какой-либо математики.

Первой попыткой осуществить моделирование рыночных структур с помощь математики стала работа О. Курно (1838), который проанализировал простейшие рыночные структуры с помощью формул и графиков. Будучи математиком, Курно начал с анализа простой стуктуры, при которой число фирм в отрасли n равно 1 (монополия), затем рассмотрел ситуацию, когда n = 2 (дуополия), затем ситуацию, когда n = ∞ (конкуренция). Последнюю Курно называл «неограниченной конкуренцией» и определял как ситуацию, в которой количество производимой отдельным производителем продукции несравнимо мало для оказания влияния на изменение ее цены. Курно первым в экономической науке рассмотрел проблему максимизации прибыли монополистом и нашел ее решение в достижении объема производства, при котором достигается равенство предельных затрат монополиста его предельным издержкам. Для анализа ситуации дуополии Курно предложил знаменитую модель, которую сейчас называют по имени ее автора. В экономическую науку вошло выражение «равновесие по Курно»: такое сочетание объемов выпуска каждой из двух фирм в данный момент времени, при котором у них нет стимулов для дальнейших их изменений (т.е. прибыль каждой фирмы максимальна при условии сохранении конкурентом величины своего выпуска неизменным). При этом устанавливается равновесная цена, которая ниже монопольной, но выше конкурентной. Эта цена является устойчивым равновесием и любое отклонение от нее в итоге вызывает возвращение к изначальному равновесному уровню.

Работа Курно долгое время оставалась без внимания и интерес к моделированию различных рыночных структур был возрожден только в ходе маржиналистской революции. У. С. Джевонс в 1871 г. ввел в анализ понятие «закона безразличия», определяя условием существования совершенного рынка наличие только одной цены у любого однородного товара. Ф. Эджуорт в своей работе 1881 года обратился к строгому определению совершенной конкуренции. Условиями существования конкуренции по сути, он считал следующие: неопределенно большое число участников с обеих сторон на рынке; отсутствие всяких ограничений на поведение, имеющее целью максимизацию прибыли; полная делимость торгуемых товаров. Наиболее полное определение совершенной конкуренции дали Дж. Б. Кларк и Ф. Найт. Подробную историю эволюции этого понятия от Смита до Найта можно прочесть в статье Дж. Стиглера «Perfetct Competition, Historically Contemplated», опубликованной в Journal of Political Economy в 1957 г.

Попытки учесть промежуточные состояния между монополией и конкуренцией (то, что позже стали называть несовершенной конкуренцией), были предприняты А. Маршаллом в «Принципах экономической науки». Маршалл обратил внимание на такие состояния рынка, которые вроде бы являются конкурентными, но их нельзя отнести к совершенной конкуренции – он упоминает, что фирмы могут иметь кривую спроса с отрицательным наклоном, и упоминает практику, характеризующуюся как «страх испортить рынок». К сожалению, Маршалл пытался совместить признаки совершенной конкуренции и менее чем совершенной конкуренции в одной модели, что значительно затруднило его анализ и, по мнению некоторых ученых, (см. например, статью П. Самуэльсона «Монополистическая конкуренция: революция в теории», опубликованную в книге «Monopolistic Competition Theory», Ed. by R. E. Kuenne. New York, 1967) затормозило развитие науки в ближайшие годы.

Модель конкурентного равновесия в теории Маршалла вошла в противоречие с другой концепцией — возрастающей отдачей от масштаба, которая имела логическое и эмпирическое подтверждение. Может ли существовать устойчивое равновесие в конкурентной отрасли, если средние затраты постоянно снижаются с увеличением выпуска? Маршалл предпочел использовать различные биологические аналогии для объяснения того, почему средние затраты не могут падать бесконечно (подъемы и спады эффективности имеют циклический характер и фирма по мере старения теряет конкурентные преимущества). Однако для нового поколения экономистов, которое все больше стремилась опираться только на логику самого экономического анализа, это объяснение было недостаточным. Поэтому в 1920-х гг. началась длительная «дискуссия о затратах» (cost controversy), которая была направлена на преодоление ограничений маршалианской теории отраслевого равновесия и в которой приняли участие многие известные экономисты того времени: А. Янг, Ф. Найт, Дж. М. Кларк, Д. Робертсон, Л. Роббинс, Дж. Вайнер, Р. Харрод, Й. Шумпетер, Г. Хоттеллинг, П. Сраффа, А. С. Пигу, Дж. Робинсон и другие. Одним из ключевых достижений стала работа П. Сраффы 1926 г., в которой он утверждал, что реальные фирмы воздерживались от увеличения масштаба не потому, что опасались увеличения средних затрат, а потому, что опасались падения цены (это означало, что кривая спроса для отдельной фирмы имеет отрицательный наклон — прямой намек на будущее исследование Э. Чемберлина)

Ожидаемое появление в экономическом анализе некоей промежуточной рыночной структуры, концепции «монополистической конкуренции» произошло с выходом в 1933 году работ Э. Чемберлина «Теория монополистической конкуренции» и Дж. Робинсон «Экономика несовершенной конкуренции». В основе концепции Э. Чемберлина лежал уход от предположений о однородности продукции и абсолютно эластичных кривых спроса. При этом сохранялось положение о свободном входе и выходе из отрасли, в которой существуют фирмы, производящие сходные, но не идентичные товары. Условие равновесия было все тем же – равенство предельной выручки предельным затратам.

Появление новой концепции перевернуло представления экономистов об отраслевых структурах и, по мнению некоторых исследователей, было революцией, так как позволяло совсем отказаться от понятия «отрасль» и заменить его понятием фирмы и ее рынка, а также связью между рынками похожих благ. В течение последовавших 20 лет существенное внимание уделялось критике высказанных Чемберлином предположений о «промышленных группах» (или отраслях), выпускающих схожую, но не идентичную продукцию (или, что, по сути, идентично, о группах продуктов) и способах их определения, а также о существовании в рамках концепции избыточных мощностей:

Роберт Триффин в 1940 г. выпустил книгу "Monopolistic Competition and General Equilibrium Theory" с критикой теории монополистической конкуренции, в которой утверждал, что этот подход плохо совместим с теорией общего равновесия и потерпит неудачу уже на этапе анализа частичного равновесия группы фирм.

Теория монополистической конкуренции подверглась критике со стороны Чикагской школы с точки зрения «новой» методологии, согласно которой предпосылки теории не имеют значение, а имеет ее предсказательная способность. М. Фридман и Дж. Стиглер в статье «Monopolistic Competition in Retrospect» (сборник «Five Lectures on Economic Problems», London, 1949) утверждали, что сторонники теории монополистической теории предпочитают эту теорию совершенной конкуренции на основе именно более реалистичных предпосылок, которые не имеют принципиального значения, а в области предсказаний теория совершенной конкуренции не уступает теории монополистической конкуренции и обыкновенной маршаллианской теории монополии. Во всяком случае, для одной и той же отрасли может подойти и та, и другая модель в зависимости от анализируемого вопроса. Например, если мы изучаем влияние налога с продаж, то прекрасно выполнит свою задачу модель совершенной конкуренции, если рентный доход фирм, то лучше подойдет модель монополистической конкуренции.

На защиту теории встал Дж. Арчибальд (1961, 1967), который утверждал, что Фридман и Стиглер толком не разобрались, что именно предсказывает теория монополистической конкуренции, что они сами критикуют предпосылки теории монополистической конкуренции вопреки своей методологии и что весьма странно иметь для анализа одного объекта две разные теории (как, например, определить более эффективную из них для каждого отдельного случая?).

Значительные усилия были потрачены на осмысление теоремы об избыточных мощностях, которая вытекала из теории Чемберлина. Согласно этой теореме, в длительном периоде в условиях монополистической конкуренции фирма будет производить меньший объем выпуска, чем тот объем, при котором достигается минимальные средние затраты; графически это означает, что равновесие фирмы будет находиться не в самой нижней точке кривой AC, а несколько левее, что определяется касанием кривой спроса, имеющей отрицательный наклон). Например, в своих работах 1959 и 1964 гг. Г. Демсец пытался показать, что теорема в общем случае неверна, так как затраты на дифференциацию (differentiation costs), как правило, зависят от величины продукции.

Значительное внимание уделялось экономистами изучению другой распространенной рыночной структуры — олигополии. Эту структуру сложно анализировать именно потому, что действия олигополистов сильно зависят друг от друга и единую стройную теорию олигополистического равновесия разработать очень сложно. Тем не менее экономисты пытались сделать какие-то общие выводы о выборе определенной ценовой и товарной стратегии поведения олигополистов, анализ вероятностей совместных их действий и т.д

С начала 80-х годов XIX в. происходит рост интереса к проблеме равновесия в условиях дуополии на которые впервые обратил внимание Курно. При этом его решение, особенно в части механизмов реакции на рыночное поведение конкурента, стало предметом интенсивных споров среди экономистов. В 1883 г. франзуский математик Ж. Бертран предложил модель, в которой основным предположением являлось сохранение конкурентом неизменной цены (а не количества, как у Курно). Результатом смены основного предположения модели явилось то, что состояние равновесия дуополии стало характеризоваться достижением ситуации совершенной конкуренции: цена равна предельным издержкам. Разновидностью модели Бертрана считается модель Эджуорта, в которой у фирм ограничены производственные мощности. Позднее, в 1934 году немецкий экономист Г. фон Штакельберг предложил новую модель дуополии, в которой он отказался от предположения о том, что фирма никак не учитывает возможное влияние своих действий на действия конкурента. В модели Штакельберга одна фирма стала лидером и выбирала свой выпуск и цену исходя из предположения о том, как отреагирует другая фирма на ее выбор, а другая фирма была последователем и просто реагировала на выбор первой фирмы.

В последствии эти результаты были обобщены и систематизированы с точки зрения теории игр. Это естественно, так как аппарат этой теории позволяет весьма успешно решать целый ряд задач, возникающих при исследованиях взаимозависимого (стратегического) поведения компаний-олигополистов, следования согласованным стратегиям поведения и т.д. В 1951 г. американский экономист и математик Дж. Нэш предложил наиболее универсальную концепцию равновесия в некооперативной игре, которая получила название равновесие Нэша – ситуация, при которой каждый игрок выбирает стратегию, оптимальную для него при тех стратегиях, которые выбирают другие игроки. Этому равновесию соответствует равновесие в дуополии Курно, в дуополии Бертрана и других частных моделей. В дальнейшем многие экономисты занимались последовательным применением теории игр к анализу олигополистического поведения: это Р. Зелтен (теория неооперативных игр, парадокс розничной сети), У. Новшек (демонстрация «народной теоремы», утверждающей возможность конкурентного равновесия в условиях олигополии с открытым входом) и другие.

В период с 1930-х гг. в экономической науке начала формироваться отдельная дисциплина, посвященная изучению структуры отрасли и поведению фирм — теория организации отрасли (industrial organization). Начало этой дисциплине было положено еще в 1890-е гг., когда стали заметны процессы значительной концентрации производства в основных промышленных отраслях. Эти процессы вызвали появление большого количества литературы, посвященной крупным предприятиями и монополиям, которые как правило целиком посвящены монопольным проблемам и опираются на антитрестовские дела. Эта литература носила описательный, статистическо-юридических характер и была совершенно не связана с разваивающейся параллельно неоклассической теории поведения фирмы. Но это были первые шаги будущей теории организации отрасли, которая в то время была только «наукой о трестах». Авторы этой литературы использовали слово industrial в значении manufacturing и уделяли внимание только крупной промышленности.

Сближение между теоретическим и эмпирическим направлениями началось после 1933 г., когда вышли книги Э. Чемберлина и Дж. Робинсон. Центром новой дисциплины стал Гарвард, в котором к тому времени уже читался ряд курсов по трестам и корпорациям, а также в котором работал сам автор одной из «революционных» книг. Чемберлин. Эта традиция началась в 1930-х гг. работами Эдуарда Мэйсона, была подкреплена потом трудами Джо Бэйна и носила преимуществено эмпирически-описательный характер. Мэйсон и Бэйн опирались на классификации и язык Чемберлина, но не занимались чистой теорией и попытались рассмотреть реальные отрасли с точки зрения этих концепций. Именно они выработали парадигму «структура-поведение-результат» (structure-conduct-perfomance), в рамках которой развивалась значительная часть литературы в последующие годы и развивается до сих пор.

В 1941 г. появление новой дисциплины «inductrial organization» было «узаконено» Американской экономической ассоциацией.

В 1960-х гг. появляется другая традиция — чикагская — которую возглавляют Джордж Стиглер и Гарольд Демсетц. Здесь основой был неоклассический подход, который постарались приспособить к анализу проблем несовершенной конкуренции. Стиглер считал, что обычная неоклассическая модель очень абстрактна и не подходит для практических целей регулирования, поэтому нужно создать специальную теорию. Название «организация промышленности» он считал неудачным.

Современная волна в теории организации промышленности связана с применением теории некооперативных игр (Ж. Тироль и др.)

Интересным сюжетом в истории теории олигополии была концепция «ломаной» кривых спроса олигополиста, которую предложил в 1939 г. П. Суизи. Идея заключалась в том, что фирмы следуют за снижением цены, но не следуют за повышением, поэтому кривая спроса для отдельной фирмы имеет излом в точке равновесия. В этом же году подобная идея была высказана Р. Холлом и Ч. Хитчем в статье, посвященной результатам опроса 38 предпринимателей. Идея ломанной кривой спроса подверглась серьезной критике в 1947 г. со стороны Дж. Стиглера, который утверждал, что эмпирические данные не подтверждают подобного поведения.


1 - The Nature of Equilibrium in Monopolistic Competition, Journal of Political Economy, February, 1959, The Welfare and Empirical Implications of Monopolistic Competition, The Economic Journal, 1964.


См. также:
  1. История теории потребления и спроса
  2. История теории производства
  3. История теории факторов производства
  4. История теории благосостояния


<< Предыдущий очерк... Следующий очерк... >>

BiBTeX
RIS
Ключевые слова

См. также:
K. Разминене, M. Тваронавичене
TERRA ECONOMICUS. 2017.  Т. 15. № 2. С. 109-121. 
[Статья]
Екатерина Александровна Лосева, Наталья Сергеевна Павлова
Общественные науки и современность. 2017.  № 4. С. 16–26. 
[Статья]
Светлана Георгиевна Кирдина, Джон Холл
Journal of Institutional Studies (Журнал институциональных исследований). 2017.  Т. 9. № 1. С. 6-26. 
[Статья]
Георгий Борисович Поляк, А. Н. Маркова
[Книга]