Эксоцман
на главную поиск contacts

Экспертный канал

Опубликовано на портале: 18-12-2009
Алексей Барабашев, декан факультета государственного и муниципального управления ГУ-ВШЭ: «Подготовка чиновников отличается от подготовки менеджеров».
Если учить чиновника борьбе с конкурентами и повышению прибыли, он будет стремиться захватывать рынки, увеличивать свои личные доходы и по мере возможностей уничтожать конкурентов.

С 2010 года вступают в действие новые федеральные государственные образовательные стандарты высшего профессионального образования по направлению «Государственное и муниципальное управление» для бакалавриата и магистратуры. Стандарты комментирует один из их разработчиков, декан факультета государственного и муниципального управления ГУ-ВШЭ Алексей Барабашев.

 

— Алексей Георгиевич, стандарты и для бакалавров, и для магистров уже приняты окончательно?

 

— Государственный стандарт для магистратуры принят, а наш стандарт для бакалавриата «инициативно внесен», то есть его поддержали комиссия по государственным стандартам и Министерство образования и науки РФ. Внесенный нашей группой проект для бакалавриата является единственным.

 

— Кто был разработчиком проектов новых стандартов?

 

— Стандарт для бакалавриата был разработан Российской академией государственной службы (РАГС) и несколькими ведущими вузами, для магистратуры – той же «коалицией» вузов во главе с МГУ. В это «творческое объединение» также вошли ГУ-ВШЭ, Государственный университет управления (ГУУ), Финансовая академия при Правительстве РФ.

 

— Как удалось добиться согласия между представителями столь разных учебных заведений?

 

— У нас оказалась очень дружелюбная среда. Конечно, все сначала считали, что будут работать сами по себе. Но возобладали имеющиеся дружеские связи, мы давние друзья, за плечами у многих совместные проекты, да и «происхождение» у многих общее. Так, декан факультета государственного управления МГУ Алексей Викторович Сурин и я долгое время учились и работали вместе, поэтому мы быстро приняли решение действовать сообща.

 

Нам удалось не просто договориться между собой, но и принять совместное решение по всем потенциально спорным вопросам содержания стандартов, «распределить роли» в их написании. Мы действовали от имени созданной в 2008 году Российской ассоциации образовательных учреждений в области государственного и муниципального управления. Было решено, что представлять проект в Минобрнауки России от имени нашей коалиции по магистратуре будет МГУ, а по бакалавриату — РАГС.

 

— Чем стандарт третьего поколения принципиально отличается от предыдущего стандарта «второго поколения»?

 

— Государственный стандарт второго поколения не выделял сферу государственного и муниципального управления как нечто отдельное – наша специальность рассматривалась как профиль менеджмента. Получался странный «кентавр»: несмотря на то, что государственное управление – область, отличная от менеджмента в частном секторе, будущие чиновники должны были изучать дисциплины менеджмента, например корпоративное управление. Прежний стандарт предусматривал очень жесткий список дисциплин, не позволявший отделить государственное и муниципальное управление от бизнеса.

 

— В чем же принципиальное отличие государственного управления от менеджмента в бизнесе? Ведь в обоих случаях речь идет об управлении.

 

— Менеджмент предполагает борьбу за стабильность бизнеса, повышение прибыли, борьбу за рынки и борьбу с конкурентами. Если всему этому учить чиновника, то он и будет бороться за повышение прибыли своего ведомства и своих личных доходов, захватывать рынки и бороться с другими органами за увеличение объема своих полномочий, уничтожать конкурентов по мере возможностей.

 

Государственное управление принципиально отличается от бизнеса и менеджмента в частном секторе по морально-этическому настрою. Человек, занятый в государственном управлении, должен ставить общественное служение выше служения частным интересам. Очевидно, что частный сектор не служит общественным интересам, иначе какой это частный сектор? Чиновников же нужно ориентировать на клиентов – тех, кому государство оказывает услуги; принимать решения на основе консенсуса, а какой консенсус может быть в частном секторе, где все основано на конкурентной борьбе? Разве что монопольный сговор, который не направлен на служение интересам общества. Если один государственный орган работает вне консенсуса с другими, будет ведомственная борьба, в который нет ничего хорошего. Во всем мире «государственное и муниципальное управление» – это отдельное направление высшего образования, а не разновидность подготовки менеджеров.

 

— Принимали ли будущие работодатели госслужащих участие в разработке стандарта?

 

— Да, мы советовались с администрациями субъектов Федерации, с различными органами государственной власти. В рамках стандарта возможны специализации в соответствии с пожеланиями будущих работодателей. Именно по договорам с ними, «под заказ» будет проводиться наполнение конкретной программы соответствующими дисциплинами. У нас будут такие специализации, как местное самоуправление, управление городским хозяйством, публичные финансы и проч. Также необходимо готовить муниципальных служащих и людей, занимающихся инновационными проектами.

 

— При этом в стандарте должны быть обязательные для всех дисциплины.

 

— Стандарт предполагает три уровня: общие дисциплины, обязательные для всех; професииональные дисциплины, тоже обязательные для всех, и уже более узкие специальные дисциплины, которые может добавлять сам вуз. Мы полагаем, что должна быть общая база, на которой можно формировать более разнообразный набор специализаций. Общее требование, выдвигаемое стандартом, – интерактивность и ориентированность на практику. Обязательно должны быть мастер-классы, интерактивные занятия.

 

— В соответствии с новым стандартом государственных и муниципальных служащих начнут учить с бакалавриата. Означает ли это, что выпускник бакалавриата по определению становится управленцем, руководителем?

 

— Мы не готовим руководителей «со школьной скамьи», мы готовим линейных исполнителей. Как можно по всей стране набрать магистров на младшие муниципальные должности? Это же тысячи специалистов. Государственное и муниципальное управление — третий по величине рынок труда в стране после здравоохранения и образования. Линейные должности должны быть заполнены хорошими специалистами.

 

Стандарт предполагает иерархическую систему профессиональных компетенций, идущих «по нарастающей»: компетенции исполнительские, по мере перехода от бакалавриата к магистратуре и к программам Executive Master of Public Administration (EМРА), сменяются компетенциями, связанными с принятием решений». И только на высшем уровне будут готовить для занятия высших управленческих должностей. На нижнем уровне, от бакалавров, требуются компетенции, связанные со знанием документооборота, работой с гражданами, а также общие этические компетенции. Чем более высок уровень управленца, тем больше от него требуется не собственно знаний, а практических умений. Добавлю, что стандарт в целом ориентирован на формирование практических навыков, так как государственное управление – не та область, где хватит одних теоретических знаний.

 

— В тексте стандарта написано, что управленец должен, к примеру, уметь решать конфликтные ситуации путем компромисса. Как вообще можно научить таким вещам?

 

— Мы собираемся сделать акцент на обучение с помощью case-studies, в особенности в магистратуре. Естественно, что формирование ряда компетенций с помощью «сухих» лекционных курсов невозможно. Мы собираемся формировать нужные навыки так: приходит человек, описывает ситуацию, в которой ему приходилось участвовать, и предлагает учащимся предложить свое решение проблемы.

 

— Как Вы полагаете, многие вузы смогут открыть у себя магистратуру по направлению «государственное и муниципальное управление» и программу МРА?

 

— Я думаю, немногие. Программы MPA, скорее всего, будут создаваться в кооперации. Даже ведущие вузы их не потянут в одиночку. К примеру, специалистов по внешнеэкономической деятельности государства, способных преподавать связанные с ней дисциплины на высоком уровне, очень мало. Мы будем решать вопрос о кооперации, об ограничении количества программ. Я думаю, что программы MPA будут в небольшом количестве региональных университетов, в Санкт-Петербурге и в Москве.

 

Магистерских программ, на мой взгляд, тоже будет мало. Тут, я думаю, скорее всего будет реализован путь «мягких ограничений» со стороны профессионального сообщества. Возможно, помимо государственной аккредитации программ, появится аккредитация Российской ассоциации образовательных учреждений в области государственного и муниципального управления, в которую входят МГУ, РАГС, ГУ-ВШЭ и другие вузы: соответствует программа требованиям, выработанным профессиональным сообществом, или нет. Дальше пусть работодатели решают, можно ли доверять не аккредитованным ассоциацией программам. Это обычная практика для Запада.

 

— Многие существующие программы не выдержат «проверки»?

 

— Какие-то программы будут полностью адаптированы и признаны, какие-то нет. Некоторые, безусловно, отомрут. Это процесс общественного признания, а не запрещения.

 

— Как Вам кажется, стандарт предполагает, что в сфере государственного управления будут работать люди с «управленческим» бакалаврским образованием или магистратура в области госуправления будет рассчитана на специалистов из разных сфер?

 

— Действительно, в управленческих должностях существуют вещи, связанные со спецификой отрасли. Например, человеку, работающему в Минюсте, необходимо хорошо владеть правом. Поэтому люди, имеющие другое базовое образование, вполне могут прийти в магистратуру или на программы MPA. Мы собираемся готовить специалистов в области государственного управления, но сделать акцент на ту специфику, которой человек будет заниматься.

 

— Чего, на Ваш взгляд, в стандарте не хватает?

 

— Я думаю, что благодаря международному сотрудничеству мы, на самом деле, можем выйти на более дробный и широкий список компетенций, чем это прописано в государственном стандарте. Вышка сотрудничает с наиболее известными университетами и школами, готовящими специалистов в области государственного управления за рубежом: такими, как Бирмингемский университет в Великобритании, университет штата Индиана в США, Фуданский университет в Китае. К примеру, к нам только что приехал лорд Майкл Барбер, один из наиболее известных в мире специалистов в области повышения эффективности государственного управления, специалист в области оказания государственных услуг (service delivery). Работая в кабинете министров Тони Блэра, он участвовал в создании системы оценок эффективности проводимых правительством Великобритании реформ. Благодаря сотрудничеству с ним мы сможем лучше развить обучение в области государственных услуг, чем это прописано в стандарте.

 

— У каждой страны существует своя специфика подготовки специалистов по государственному управлению. Чей опыт наиболее полезен российскому образованию в этой области?

 

— В первую очередь, опыт англосаксонской группы стран: Великобритании, США. Еще в 1997-1998 годах, когда мы разрабатывали модель реформы государственного управления, мы пришли к выводу о том, что нам более подходит именно их опыт. Это открытая модель государственной службы, когда человек может прийти на работу в государственные структуры со стороны. Если говорить о пространстве СНГ, то нам следует обратить внимание на опыт Казахстана. У них очень интересный опыт по борьбе с коррупцией и во всех остальных отношениях, эта страна наиболее продвинулась, на мой взгляд, в реформировании государственной службы.

 

Беседовала Екатерина Рылько

BiBTeX
RIS
Ключевые слова

См. также:
Gerald L. Gordon
[Книга]
Владимир Яковлевич Гельман
Общественные науки и современность. 2016.  № 1. С. 103-116. 
[Статья]
Владимир Яковлевич Гельман
Общественные науки и современность. 2018.  № 6. С. 5–15. 
[Статья]
Тийна Рандма-Лийв
Вопросы государственного и муниципального управления. 2008.  № 2. С. 73-87. 
[Статья]