Эксоцман
на главную поиск contacts

Преподаватели должны отвечать за неэтичные поступки студентов

Константин Сонин, профессор Российской экономической школы
24.05.2011
С плагиатом среди ученых и студентов сегодня борются все ведущие университеты. Где корень проблемы – в студенческой среде или в «высоких» академических сферах?      

— Константин, что такое плагиат? Где грань между плагиатом и чересчур обильным цитированием? Допустимы ли, по-вашему, заимствования в научном исследовании?

— Плагиат происходит всякий раз, когда автор выдает чужую работу за свою, обманывая тем самым читателя. К примеру, человек пересказал своими словами теорему, но представил это так, будто придумал и доказал ее сам. Или даже просто включил незакавыченный абзац другого автора в свою статью.

Заимствования из чужих работ в научном исследовании недопустимы – это нарушение академической этики. Конечно, все зависит еще от типа статьи – если это реферативная работа, где в самом начале заявлено, что автор пересказывает ту или иную чужую статью, он никого не обманывает. А если вы берете какие-то фразы или абзацы целиком, ничего не меняя, это надо оформлять в кавычках и со ссылкой на источник. Главное, читатель всегда должен знать, что именно принадлежит автору данной статьи, а что взято им у других.

—  Часто ли вам приходится сталкиваться со случаями плагиата в научной среде? Приходилось ли «ловить за руку» тех, кто украл какие-то ваши идеи?

— Скорее приходилось сталкиваться с этаким… «тонким» плагиатом. Человек использует в своей статье чужую экономическую модель и недостаточно четко ссылается на источник — но с этим еще можно смириться. А вот входя в состав жюри на разных студенческих научных конкурсах или на школьных олимпиадах по экономике, мы с коллегами встречаемся с огромным количеством заимствований – ребята просто не знают, что это недопустимо.

К сожалению, многие преподаватели и профессиональные организации с этим явлением не борются, поэтому у школьников и студентов нет стимула делать что-то самостоятельно. Если преподаватель внимательно разбирает каждую сданную ему работу, он может заметить плагиат сразу. А если относится к своим обязанностям халатно – студенты скачивают рефераты, курсовые и прочее из Интернета.

Российская академия наук в прошлом году приняла постановление по книге своего вице-президента, академика РАН Александра Некипелова, в котором фактически оправдала плагиат и некорректное заимствование из чужих работ, нанеся таким образом настоящий удар всем ученым и преподавателям в нашей стране. В его книге есть место, где полностью приведена глава из другого учебника. В самом начале главы значится: «Здесь и далее используется математическая модель из книги Дэвида Крепса». Следовательно, читатель может подумать, что автор взял только математическую модель, а её интерпретация принадлежит ему самому. Но это неправда – дальше идет просто построчный перевод американского экономиста. Вот, пожалуйста, постраничное сравнение. Об этом в свое время проводил расследование «Троицкий вариант»  и писал журнал «Форбс».

— Да, ответ вашего оппонента на критику тоже публиковался. А в начале этого года вы написали в блоге о другом случае, уже со студентами Некипелова, по совместительству директора Московской школы экономики МГУ...

— Какой же это ответ на критику? Это просто ругань по моему адресу. Трудно поверить, что такое могло появиться на страницах приличной газеты. Я спросил Александра Лебедева, владельца газеты, как могло получиться, что мою фамилию в его газете пишут с маленькой буквы. Он сказал, что редакционной политикой он не занимается. А Дмитрий Муратов, главный редактор, не ответил ни на мой е-мейл, ни на письма других учёных. От стыда, наверное.

А  история, о которой вы спрашиваете, такова. На сайте Московской школы экономики появился список студентов, кому присудили государственные премии. Я посмотрел тезисы работ в сборнике докладов ежегодной Международной конференции студентов, аспирантов и молодых ученых «Ломоносов-2010». У трех из четырех призеров работы представляют собой совершеннейший плагиат.

Не знаю, за что им присудили премии. Возможно, за какие-то другие работы. После того, как я написал об этом в блоге, в Московской школе экономики была создана комиссия по этике и через 3 месяца они сделали заявление о том, что в работах действительно есть плагиат и это недопустимое нарушение академической этики.

Это хорошо. Но, с другой стороны, комиссия немного странно, на мой взгляд, подошла к анализу работ: осудили только тех трех студентов - при том, что у остальных ребят, чьи работы тоже опубликованы в сборнике, плагиата в текстах было не меньше. Но я, собственно, написал об этой истории именно для того, чтобы показать, какой вред нанесло постановление президиума РАН. Вместо того, чтобы быть оплотом науки и научной этики, члены президиума фактически объявили вопиющие нарушения нормой научной жизни. Именно эта история – наряду с историей про Петрика – привела к тому, что репутация Российской академии наук – института с двухсотлетней историей и десятками выдающихся учёных, института, по масштабу научных исследований и достижений не сравнимого ни с чем в нашей стране – так низко упала в последние годы.

— В комментариях к той вашей записи на сайте «Эха Москвы» было высказано мнение: студенческая работа вообще не предполагает самостоятельности, и выбрать из огромного массива информации то, что больше всего подходит для решения и описания проблемы — это тоже труд...

— Человек, который писал комментарий, вряд ли смотрел эти студенческие работы — в них были скомпилированные куски из чужих диссертаций. Но дело в другом. Даже если работа полностью реферативная и её «добавочная стоимость» состоит лишь в том, что студент хорошо подобрал подходящие мысли, они должны быть четко оформлены как цитаты. Должно быть указано, какая часть откуда взята. Нельзя вводить читателя в заблуждение.

Впрочем, ещё раз хочу подчеркнуть – и подчеркивал это в моём исходном посте: я не считаю, что в случившемся виноваты студенты. Если в студенческой работе, тем более опубликованной, обнаруживается плагиат, это означает лишь то, что научный руководитель работу не читал. И нести ответственность должен он. Поэтому то, что студентов МШЭ не наказали как-то жестоко, совершенно правильно.

— Вам в Российской экономической школе тоже приходится читать работы студентов...

— Конечно, приходится. Вы думаете, студентов РЭШ я не ловил на плагиате? Ловил, как и другие преподаватели.

— И как наказывали?

— Одному такому студенту (он писал у меня диплом) я поставил оценку «два». Через год он защитил новую дипломную работу, написанную «с нуля», у другого научного руководителя.

Вообще, в РЭШ, если студента ловят на плагиате, то ставят за тот курс, в котором это случилось, «двойку». Такую «двойку» можно исправить, прослушав курс на следующий год. А если подобное случается со студентом второй раз, его исключают. В Высшей школе экономики, насколько я знаю, такая же практика. Во всяком случае, в тех курсах, которые я читал в НИУ ВШЭ, обнаружив плагиат у студента, мы поступали с ним так же.

— А можно ли отнести к плагиату обычное списывание на экзамене у соседа?

— Нет, это не плагиат, и я считаю, что вред от списывания не так велик. Конечно, это тоже вещь, с которой нужно бороться, но если студенты каким-то образом жульничают, это указывает только на не очень хорошую организацию учебного процесса. К примеру, если списывают все студенты в группе, значит, предмет слишком сложен для них, надо как-то переработать курс, чтобы стимулов списывать не было. А если этим занимаются лишь отдельные более слабые студенты, значит, в одной группе обучаются слишком сильные и слишком слабые.

Американские студенты и преподаватели считают неэтичным, когда кто-то дает кому-то списать, но, мне кажется, здесь наносимый всем остальным вред минимален, и ничего особенно неэтичного в этом поступке – дать кому-то списать у тебя - нет. Хотя, конечно, лучше бы, чтобы этого не было, потому что однокурсники, пусть и несильно, но страдают – например, если в вузе есть рейтинг, то, давая кому-то списать, понижаешь в рейтинге того, кто обогнал бы твоего друга, если бы тот выполнил работу сам.

— В конечном счете, как, по-вашему, могут противодействовать плагиату и другим некорректным формам заимствования профессиональные ассоциации, журналы, вузы?

— Многие ученые и преподаватели в нашей стране озабочены проблемой плагиата, поскольку то, что сейчас происходит в академической науке, уже полностью вышло за все рамки и границы.

Некоторые вузы, включая и НИУ ВШЭ, и РЭШ, и МГИМО, и Московскую школу экономики, во всяком случае обозначают свою позицию по этому поводу, это уже хорошо. В прошлом году мне случайно показали пример плагиата одного преподавателя МГИМО, я написал об этом в блоге, и буквально на следующий день их завкафедрой публично извинился и признал, что это совершенно недопустимо. Сейчас другой профессор МГИМО, Ольга Буторина, начала публичную кампанию по борьбе с плагиатом среди коллег и уже добилась некоторых успехов. Высшая школа экономики, столкнувшись с тем, что её сотрудник был замечен на плагиате, сразу приняла меры. Надеюсь, через несколько лет все постепенно начнет меняться к лучшему.

Что касается истории с РАН, то, повторяю, постановление президиума нанесло гораздо больший ущерб российской науке и морали, чем само происшествие. Если автор – в данном случае академик Некипелов - что-то некорректно процитировал и об этом написано в открытой печати, этого уже вполне достаточно, история завершена. Но когда ради того, чтобы оправдать первого вице-президента РАН, принимают постановление, в котором черное названо белым, — вот это действительно наносит ущерб российской науке.

Министр обороны Германии за куда меньшие нарушения, чем в обсуждаемых нами случаях, недавно ушел в отставку. Вообще, в Европе стандарты академической этики намного жестче. За то, за что у нас ставят «двойку», во всех ведущих университетах мира просто выгонят. И не помогут никакие деньги и связи…

Беседовала Мария Салтыкова

Сокращенную версию интервью читайте на сайте РИА Новости