Эксоцман
на главную поиск contacts

Против плагиата должны быть выстроены системные барьеры

Юрий Симачев, член правления Ассоциации независимых центров экономического анализа (АНЦЭА), заместитель директора Межведомственного аналитического центра
29.08.2011
Важно… чтобы защита от плагиата была многоступенчатая – на уровне министерств и ведомств, которые заказывают проведение исследований; в вузах, различных ассоциациях, журналах, ВАК. Это должна быть совместная деятельность разных организаций, и очень важно распространять позитивный опыт.

— Юрий Вячеславович, уже почти год в АНЦЭА действуют «Принципы проведения аналитических работ и представления их результатов» и работает Комитет по профессиональной этике, который занимается рассмотрением заявок по фактам плагиата. Можно ли с учетом вашего опыта дать какие-то рекомендации, как реагировать на плагиат и как его предотвратить?

— Не могу сказать, что есть какие-то готовые решения. Ситуации бывают разные. Самая простая и легко разрешимая – это когда в работе неаккуратно даны ссылки – где-то они просто пропущены. В этих случаях бывает достаточно указать на недочеты, и, как показывает наш опыт, авторы проносят извинения и вносят исправления.

А есть хронические проблемы. Так, в одном из случаев статья была скопирована от буквы до буквы и опубликована в журнале под другим именем. Я не ожидал, что такое возможно – оказалось, бывает. Примечательно и то, что разбирательство ситуации затянулось – мы пытались связаться и с автором, и с редакцией журнала, в котором была опубликована статья, но безуспешно – в редакции сказали, что не могут дозвониться до автора, и фактически сняли с себя ответственность за публикацию материала.

Бывают также сложные случаи, когда заимствуются идеи  – тогда очень трудно провести грань, плагиат это или нет. Часто какие-то идеи, подходы формируются в ходе обсуждений на семинарах, конференциях, но иногда довольно сложно установить, кто же первым высказал оригинальную мысль, ведь порой идеи рождаются у людей совместно. Конечно, в этих случаях хорошим тоном было бы приводить в публикуемых материалах слова признательности и указывать, что та или иная идея появилась в результате обсуждения на одном из семинаров такой-то проблемы, но пока это не слишком распространенная практика.

— Как проходит разбирательство спорных ситуаций? Сколько времени на это обычно уходит?

— Достаточно много. Мы пытаемся связаться с авторами, редакциями журналов, в которых опубликованы материалы, – хотим понять их позицию, даем им время, чтобы они отреагировали. Звонки, переписка могут занять несколько месяцев.

К счастью, и обращений, которыми мы занимаемся, пока не так много. Естественно, это не говорит о том, что фактов плагиата мало. Скорее, не все хотят заниматься разбирательством, понимают, что это потребует сил и времени. Да и мы не особенно афишируем свою деятельность, потому что понимаем: всех защитить от нарушений не можем.

Когда мы разрабатывали Принципы, скорее думали о том, чтобы наработать позитивную практику, подходы к разрешению конфликтных ситуаций, хотели понять, какие бывают случаи нарушений. И конечно, мы рассчитывали, что наш пример в плане попыток противодействия практике плагиата будет подхвачен другими ассоциативными структурами в исследовательском и экспертном сообществах. Можно заметить, что наши Принципы уже в целом поддержала Ассоциация исследователей общественного сектора, позитивна реакция и со стороны представителей Новой экономической ассоциации.

Понятно, что разрозненные усилия лишь нескольких организаций не могут изменить ситуацию с плагиатом в целом. Мы понимаем, как важно, чтобы работа была подхвачена другими инициативными «игроками». И чтобы защита была многоступенчатая – на уровне министерств и ведомств, которые заказывают проведение исследований, в вузах, различных ассоциациях, журналах, ВАК. Это должна быть совместная деятельность, и очень важно распространять позитивный опыт.

— Каким, на ваш взгляд, должно быть наказание для уличенных в плагиате? На этот счет есть две крайние позиции. Одна – что достаточно огласки факта плагиата, другая – что меры должны быть жесткими, вплоть до увольнения «нарушителя».

— Я думаю, в перспективе, когда будет сформирована культура подготовки научно-исследовательских работ, можно будет действительно ограничиваться оглаской факта. В тех случаях, когда речь идет о грубых нарушениях прав других исследователей, почти полном копировании чужих текстов, нужна единая жесткая позиция.

Но я сторонник мягкой формы, предполагающей путь убеждения, рекомендаций и разъяснений, потому что, уверен, большая часть экспертного сообщества ориентирована на то, чтобы соответствовать «лучшим стандартам» ведения научно-исследовательских работ и представления их результатов. Естественно, никто не застрахован от ошибок, поэтому я считаю: все возникающие проблемы, связанные с возможным плагиатом, стороны сперва должны обсуждать между собой. Если же факт плагиата однозначно установлен, но человек не признает за собой вины, – тогда уже есть смысл выносить историю в публичное пространство.

— Несколько принципов касаются проблем, напрямую не связанных с плагиатом. Так, говорится о том, что информацию, которую эксперты предоставляют СМИ, журналисты часто искажают, и члены АНЦЭА должны делиться с другими центрами информацией о недостаточно квалифицированных журналистах. Другой пункт описывает проблему расширения авторского коллектива, когда к авторам материала причисляют людей, не принимавших участия в его подготовке…

— Да, к проблеме плагиата все это отношения не имеет, и в то же время подобные ситуации – довольно распространенные. Дело в том, что изначально мы были ориентированы на проблему подготовки качественных научно-исследовательских работ и создание условий для реальной, справедливой конкуренции на этом рынке. Поэтому и Принципы охватывают более широкий круг вопросов.

— Как бы вы оценили ситуацию с плагиатом в научно-исследовательских работах в целом? Согласны ли вы с тем, что проблем с плагиатом за последние годы стало больше?

— Мне кажется, ситуация становится более прозрачной. Это связано с тем, что все больше работ размещается в открытом доступе – в Интернете. Соответственно, случаи плагиата легче выявляются.

Министерства начинают проявлять инициативу по представлению отчетов, которые для них готовят. Например, Минэкономразвития все отчеты по научно-исследовательским работам (НИР) уже размещает на своем сайте. Таким образом, появляется дисциплинирующий фактор: исполнители понимают, что их отчеты не просто будут лежать у кого-то на столе, а будут размещены в Интернете. И если кто-то занимался компиляцией материалов, такое станет известно. Это один из простых, но сильных инструментов снижения риска копирования чужих материалов.

В то же время, конечно, и больше соблазнов для того, чтобы что-нибудь «позаимствовать». Здесь есть существенные риски для руководителей экспертных коллективов, которые не имеют возможности проверить оригинальность материалов всех экспертов, тем не менее моральная ответственность все равно, безусловно, лежит на руководителях групп.

— Оправданы ли ваши ожидания в отношении Принципов? Планируете ли вы и в дальнейшем работать по фактам обращений?

— Ощущения здесь скорее позитивные. В большинстве случаев, когда мы начинали разбирательство, на него реагировали заинтересованно и пытались принять меры. Когда мы разрабатывали Принципы, я предполагал, что они создадут условия для «тонких упражнений», помогут в случаях, когда сложно определить, что является плагиатом, а что нет. Оказалось, что бывают более тяжелые ситуации: лично я и мои коллеги не ожидали, что кто-то может спокойно выдавать чужой текст за свой, копируя его целиком. Для нас было удивительно, что у таких людей нет страха потери своей научной репутации. Притом что факт плагиата раскрывается элементарно.

Что касается дальнейшей работы, мы понимаем: сами по себе мы не можем оказать сильного воздействия. Да, нам важно, с одной стороны, помочь людям, чьи права нарушены, но, с другой стороны, еще важнее – понять, как можно изменить «правила игры», какие системные барьеры для плагиата могут быть выстроены различными участниками с различных позиций. 

Уже сейчас можно говорить, во-первых, о том, что необходимо, чтобы ВАК по отношению к журналам, которые входят в ее Перечень, инициировала введение в редакциях более жестких норм по независимому рецензированию статей.

Во-вторых, необходимо, чтобы все министерства – а не только Минэкономразвития, – размещали в Интернете отчеты, доклады по выполненным в их интересах НИР социально-экономической направленности…

Беседовала Елена Кузнецова