Эксоцман
на главную поиск contacts

От имени работодателя

28.05.2013
Ни одна дискуссия о развитии высшей школы в России не обходится без заявлений о том, что вузы должны готовить студентов в соответствии с требованиями работодателей. Одновременно обсуждается вопрос о модели прикладного бакалавриата – образования, ориентированного на практику: как нужно учить студентов, чтобы, получив диплом, они сразу могли приступить к работе на предприятии. Высшая инженерная школа УрФУ дает свой ответ на эти вопросы: в прошлом году здесь набрали студентов на программу производственно-технологического бакалавриата, реализуемую совместно с Уральской горно-металлургической компанией (УГМК).

Цель совместной программы Высшей инженерной школы УрФУ и УГМК – подготовка инженерно-технических работников младшего и среднего звена (мастер, инженер-технолог) для предприятий УГМК. Программа разделена на 8 модулей – введение в инженерию, гуманитарный, общеинженерный, естественнонаучный, математический, производственно-технологический, металлургические технологии, специальный. Общий объем производственной практики – 25-30 недель. Первый и пока единственный набор состоялся в 2012 году: 25 человек, в том числе 11 «целевиков» по направлению УГМК. Никакой разницы между целевыми и нецелевыми студентами нет: всю группу университет готовит в интересах компании.

Здания политехнической части УрФУ, то есть бывшего Уральского политеха (УГТУ-УПИ), выпускником которого был Борис Ельцин, – это большой студенческий городок в нескольких трамвайных остановках от центра Екатеринбурга. Старые здания советских времен, некоторые с колоннами и высокими потолками, здесь же на территории строятся новые. Между корпусами – подземные переходы, так что попасть из одного конца городка в другой можно не выходя на улицу. В переходах, напоминающих бомбоубежища из фильмов про войну, – деревянные настилы и остатки талой воды, которую откачивают насосами. На одних этажах – интерьеры 1950-х годов, на других – свежий евроремонт.

Высшая инженерная школа, как сообщает ее официальный сайт, расположена в здании Физико-технологического института УрФУ, комната 214. Пройдя между колонами и мимо бабушки-вахтерши, на втором этаже ожидаю увидеть привычный деканат. Но за дверью с указанным номером – поточная аудитория, где идет лекция. Спрашиваю стайку студентов в коридоре, как пройти в деканат инженерной школы, – в ответ круглые глаза. После неудачных попыток обнаружить дверь с тем же номером в других коридорах еще раз заглядываю в аудиторию и замечаю по правой стороне застекленные офисные комнаты. Там и расположена Высшая инженерная школа – остается прокрасться незаметно, чтобы не нарушать таинство общения лектора со студентами… 

Проектный офис

Созданная два года назад, Высшая инженерная школа УрФУ имеет мало общего с привычными факультетами или институтами. Это скорее штаб или, говоря современным языком, проектный офис. Штат – всего 17 человек, функционал – разработка нового содержания инженерного образования и управление образовательными программами. Факультетов и кафедр в школе нет, вместо учебной части – отдел сопровождения образовательных программ. Ирина Ивановна Шолина, директор Центра развития инженерного образования, определяет задачу Школы так: «Мы разрабатываем новое – методики, программы, модели сотрудничества. Наша задача – сделать прототип, апробировать его и внедрить в уже существующие структуры, обеспечив устойчивость».

Уральская горно-металлургическая компания (УГМК) – отечественная металлургическая компания, второй по величине производитель меди в России, с головным офисом в Верхней Пышме, городе, примыкающем к Екатеринбургу. Сотрудничает с разными вузами, практикует целевой набор (с 2006 года в компанию пришли работать около тысячи «целевиков»), активно развивает систему корпоративного обучения.

Директор Высшей инженерной школы Олег Иринархович Ребрин одновременно является заместителем проректора по учебной работе УрФУ. По специальности металлург, выпускник УПИ, доктор химических наук, занимал должности проректора по инновационному развитию УГТУ-УПИ и замминистра образования Свердловской области. Возглавляет рабочую группу по модернизации профессионального образования при Департаменте государственной политики в сфере высшего образования Минобрнауки России, которая, в частности, разрабатывает новый классификатор направлений высшего образования. 

Студенты производственно-технологического бакалавриата Высшей инженерной школы официально числятся в Институте материаловедения и металлургии УрФУ, куда они поступали с результатами ЕГЭ. Отбор в группу, которую курирует Высшая инженерная школа, проводился уже после поступления в УрФУ (в саму Школу поступить нельзя – она не является учебным подразделением). И теперь эти студенты выведены из общего потока Института материаловедения и металлургии – группа занимается отдельно по особой программе.

Деление на подгруппы произойдет после 2,5 лет обучения – можно будет выбрать одну из четырех специализаций, одинаковых по трудоемкости: обработка металлов давлением, цветная металлургия, черная металлургия, переработка техногенного сырья (вопреки обычной практике технических вузов и факультетов, на этапе специализации не предусмотрено «привязки» к выпускающим кафедрам). Перечень специализаций основан на потребностях УГМК, просчитанных на 4 года вперед вплоть до того, сколько понадобится мастеров на конкретных участках. При всей зыбкости такого прогноза студенты заранее могут присматриваться к конкретным рабочим местам, тем более что на третьем-четвертом курсе учебный процесс будет в основном проходить на площадке Корпоративного университета УГМК.

Для реализации программы Высшая инженерная школа подбирала в учебных подразделениях УрФУ преподавателей, участвовавших в европейских стажировках, известных в УГМК и вообще способных привносить новое в привычный учебный процесс. Особенно долго искали преподавателей английского – удалось найти двух молодых ребят, которые пообещали научить студентов свободно общаться (традиционное инженерное образование в части английского языка предусматривает преимущественно перевод специализированных текстов). В результате удалось сформировать единую команду.

Директор Высшей инженерной школы Олег Ребрин
Директор Высшей инженерной школы Олег Ребрин
Подготовка студентов по программе производственно-технологического бакалавриата стала одним из приоритетов Программы развития УрФУ – в случае успеха этот опыт можно будет использовать в других подразделениях университета. Выступая год назад на семинаре в Высшей инженерной школе, посвященном созданию национальной системы компетенций и квалификаций, ректор УрФУ Виктор Кокшаров дал такой ответ на вечный вопрос об отличиях знаний от компетенций: «Знание – сила, а компетенция – способность эту силу использовать для достижения требуемого результата. Развить у студентов такие способности в конкретных направлениях деятельности – задача Высшей инженерной школы». 

Стандарт и программа

Из Образовательного стандарта УрФУ для разработки и реализации программ производственно-технологического бакалавриата:

1.1. Настоящий образовательный стандарт высшего образования (уровень образования – бакалавр) представляет собой совокупность требований, обязательных при разработке и реализации в Уральском федеральном университете основных образовательных программ высшего образования – программ подготовки бакалавров для производственно-технологического вида профессиональной деятельности (далее – программ производственно-технологического бакалавриата).

1.2 Разработка и реализация основных образовательных программ производственно-технологического бакалавриата в соответствии с требованиями настоящего стандарта осуществляется в УрФУ по направлениям, относящимся к укрупненным группам, направлениям и специальностям в области техники и технологий:
140000 – Энергетика, энергетическое машиностроение и электротехника;
150000 – Металлургия, машиностроение и металлообработка;
240000 – Химическая и биотехнологии;
270000 – Архитектура и строительство.

В основу программы был положен оригинальный образовательный стандарт (УрФУ как федеральный университет имеет право пересматривать действующие государственные стандарты). Обычно стандарты разрабатываются по направлениям – от «Металлургии» до «Социологии». Здесь же в основе стандарта – сразу четыре направления группы «Техника и технологии» (программы могут разрабатываться по одному из них) и вид деятельности – производственно-технологический. Если в рамках обычного стандарта выпускник – это, например, металлург, то выпускник Высшей инженерной школы – это, прежде всего, технолог. Он может работать на заводе мастером, руководителем первичного трудового коллектива. Но, конечно, его карьера на этом заканчивается: он может и продолжить обучение в магистратуре, и развиваться по своей профессиональной стезе, оставаясь бакалавром. На основе этого стандарта в дальнейшем можно разрабатывать и другие программы производственно-технологического бакалавриата.

Оригинальный стандарт, как и любой федеральный стандарт третьего поколения (то есть принятый во второй половине 2000-х годов), основан на компетентностном подходе. Сформулированы универсальные и инженерные компетенции, которыми должен обладать выпускник производственно-технологического бакалавриата (примеры универсальных компетенций – эффективно работать в команде, осуществлять устную и письменную коммуникацию и проч.). А профессиональные компетенции формулируются уже при разработке программы – в данном случае с участием представителей УГМК.

Почему именно с участием? Ведь, казалось бы, работодатель является заказчиком кадров – ему и определять, что они должны уметь. Но в Высшей инженерной школе исходят из того, что формулирование полного спектра компетенций нельзя полностью переложить на работодателя – вряд ли он точно знает, что должно дать человеку университетское образование. Вуз действует от имени и работодателя, и других субъектов – государства, общества, семей, – предъявляющих свои требования к выпускникам. Например, для работы в цехах знания английского вряд ли пригодятся – там в ходу русский, и попроще. Но ведь владение английским, причем не только профессиональным металлургическим, но и обычным разговорным, студентам необходимо, неизвестно ведь, как сложится их жизнь и карьера.

Как конкретный преподаватель сформирует у студентов компетенции? Для этого в программе сформулированы результаты обучения по каждому модулю. Так, изучив предметы производственно-технологического модуля, студент должен «управлять первичным трудовым коллективом, добиваться выполнения производственного задания», «эксплуатировать производственное оборудование металлургических переделов». Ориентируясь на эти формулировки, преподаватель может отвечать за результат (оставаясь при этом свободным в отборе содержания и методов – это тоже важный принцип Высшей инженерной школы), а студент знает, что с него потребуют и как будет выставлена оценка.

При разработке программы исходили из того, что с фундаментальной подготовкой в российских технических вузах проблем нет, знания здесь вкладывать умеют, но неплохо бы перейти от знаний к пониманию и умению выполнять конкретные операции на рабочем месте. Изучили всевозможный зарубежный опыт, включая заокеанскую технологию подготовки инженеров CDIO. В учебный процесс внедрили пресловутые проекты – будущие инженеры должны сами сделать нечто своими руками за определенный период. Простейший пример – медный кулонометр: нужно сконструировать прибор для получения меди с заданными параметрами из соляного раствора, применив знания физики, химии, механики, электротехники и проч. Еще пример – проектирование и изготовление электроподъемного механизма. Аналоги – краны-балки – стоят в цехах на заводах УГМК. 

От теории к практике

Естественно, в самых разных дисциплинах преподаватели обращаются к конкретным примерам из практики УГМК. Однако, говоря об ориентации на практику, в Высшей инженерной школе подразумевают, прежде всего, собственно практику на предприятиях УГМК и получение рабочей квалификации после второго курса.

Квалификационный экзамен состоит из двух частей – теоретической и практической. Теоретическая часть изучается и сдается в рамках курса «Промышленная безопасность», которую читает представитель УГМК (это тоже новация – обычно вузовская теория никакого отношения не имеет к квалификации, присваиваемой на предприятии).
Практическая часть сдается на УГМК. Все это – в соответствии с профессиональными стандартами компании. С полученной квалификацией можно будет тут же поработать на заводе – зарплату и при необходимости общежитие УГМК гарантирует, – но только если у студентов будет желание сократить летние каникулы или даже полностью от них отказаться. Также обещано приставить к студенту наставника (ментора), который имеет опыт работы на производстве и преподает в Корпоративном университете УГМК.

В разработке программы работодатель поучаствовал материально – было выделено 4,5 млн. рублей (такую же сумму в дополнение к обычному бюджетному финансированию выделил и УрФУ из своей Программы развития). Из этих средств выдаются доплаты преподавателям – около 10 тысяч рублей в месяц, – у которых студенты добиваются наибольших успехов (замеры производятся по специальной методике на основе анкетирования студентов, и эффективность занятий оценивается в процентах), причем обязательство о доплатах взято на 4 года. Потратили также 1,5 млн. рублей на разработку компьютерного тренажера-«бродилки», на котором можно имитировать выполнение технологических операций на реальных объектах компании, при этом программа сообщает, что сделано правильно, а что нет.

Куратор группы Алексей Барашев рассказывает, что, приглашая в Высшую инженерную школу студентов, только что поступивших в УрФУ, акцент делали именно на связь с работодателем, и это их привлекало: «Мы им объясняли, что работаем с УГМК, которая дает определенные гарантии. Не будет проблем с практикой, а в дальнейшем – естественно, при благоприятных условиях – будет возможность там работать, а эта компания перспективна для карьерного роста. Может быть, сами студенты этого не понимали, но их родители – понимали точно». Сам Алексей – молодой кандидат наук, успевший «понюхать пороху» на металлургических предприятиях, одновременно возглавляет отдел молодежной науки УрФУ и с УГМК сотрудничает в рамках своей научной деятельности: компания ему предоставляет лабораторную базу и сырье для экспериментов.

Ректор УрФу Виктор Кокшаров (второй слева) на семинаре в Высшей инженерной школе
Ректор УрФу Виктор Кокшаров (второй слева) на семинаре в Высшей инженерной школе
Конечно, возникает вопрос, захотят ли студенты по окончании бакалавриата пойти работать в УГМК. Олег Ребрин прогноз дает оптимистический: «Ситуация в регионе такова, что они будут рады трудоустроиться. Зарплаты в УГМК выше, чем в среднем по региону, плюс соцпакет. И к тому же они фактически остаются работать в Екатеринбурге». У компании есть заводы и в других регионах, но никто заставлять туда ехать, естественно, не будет. Любая «привязка» выпускника вуза к предприятию, как бы ни предлагали отдельные эксперты возродить советское распределение, в современном обществе все равно выглядела бы крепостным правом. Но сейчас для студентов участие компании в их обучении – дополнительный стимул, и чем ближе к выпуску, тем больше должно быть это участие.

Любая «привязка» выпускника вуза к предприятию, как бы ни предлагали отдельные эксперты возродить советское распределение, в современном обществе все равно выглядела бы крепостным правом. Но сейчас для студентов участие компании в их обучении – дополнительный стимул, и чем ближе к выпуску, тем больше должно быть это участие.

Заместитель директора по персоналу УГМК Вячеслав Александрович Лапин настроен не менее оптимистично, предсказывая «плановый возврат» на предприятие порядка 100% студентов – ну разве что какие-то исключительные обстоятельства станут тому помехой. Если человек захочет продолжать обучение, одновременно работая, – нет проблем, тем более что магистранты и аспиранты смогут участвовать в исследованиях по заказу УГМК. По его мнению, технологии взаимодействия предприятия и вуза были сформированы еще в прежние времена, а сейчас их нужно возродить: «Мы в советские годы, когда были студентами, имели контакт с производством, много времени проводили на предприятии – знали мужиков, с которыми предстоит работать, и потом легко вливались в коллектив. Без этого нельзя – иначе выпускник, приходя на предприятие, не знает, что делать. А для компании доучивание – дополнительные риски и упущенная прибыль».

Студентов Высшей инженерной школы Вячеслав Александрович наблюдает в динамике: «Когда только поступили, были котятки такие, немного испуганные, хотя и амбициозные. А сегодня ребята – уже настоящие мужчины, в глазах огонек, есть заинтересованность, активность…» 

Мечта студента

Стартовый уровень студентов был очень разным. Среди поступивших по целевому набору были и те, у кого средний балл ЕГЭ ниже 40, а среди тех, кто поступил по общему конкурсу, – около 70. «За этот семестр мы их сильно подравняли, – гордится Олег Ребрин. – С теми, кто отставал, дополнительные занятия проводились, преподаватели с ними нянчились. И на первой сессии средний балл у нашей группы был на 30-40% выше, чем по институту в целом. Условия для занятий другие – они же не в потоке. В Институте материаловедения и металлургии физику 270 человек слушают, а у нас преподаватель «глаза в глаза» с ними работает, знает всех».

«Не скажу, что у всех, но у большинства есть понимание, чем студент в университете должен заниматься, ответственность постепенно появляется, – говорит Алексей Барашев. – По крайней мере, три человека были на грани отчисления, но за ум взялись, подтянулись. Когда мы отбирали студентов, предупреждали, что учиться трудно – программа новая, нагрузка большая». Впрочем, это вовсе не означает, что вся группа доучится до четвертого курса. Без отчислений уж точно обойтись не удастся.

Владимир Емшанов из Верхней Пышмы – староста группы, поступил по целевому набору и о том, что его зачислили в экспериментальную группу, узнал только в начале года. Разницу с основным потоком ощутил сразу: «Мы сидим в одной аудитории, к нам ходят преподаватели, а не мы к ним. Получается более индивидуальный подход». На целевое обучение тоже попал случайно: «Учился в 11-м классе, и к нам в школу пришла бумага, что есть возможность заключить контракт на обучение с УГМК – и мы будем учиться от предприятия, а потом работать на этом предприятии. Я подумал, посмотрел специализации и решил остановиться на цветной металлургии».

Никита Глушков – одноклассник Владимира, в УрФУ попал таким же образом. Спрашиваю, не пугает ли обязательство идти работать в конкретную компанию (хотя, в общем, понятно, что де-юре эти обязательства очень условны). «Нет, не пугает, даже перспектива какая-то, рабочее место будет». – «А если зарплата маленькая?» – «Не знаю, я об этом не думал». Староста уточняет: «Слухи были, что она не так уж мала для студента, который только что окончил университет. Но мы же будем не просто студентами, а с опытом работы».

Александр Эппель поступил в УрФУ на общих основаниях: «Мой отец буквально настоял на том, чтобы я пошел в эту группу. У него хорошие отношения с кем-то из УГМК – и ему сказали, что было бы неплохо, если бы я смог сюда поступить». Марина Морозова (девушки составляют четверть группы, что для металлургов типично) гордится своим высоким баллом ЕГЭ – 188 на трех экзаменах: «Меня в этой программе привлекла возможность трудоустройства. И, кроме того, это новая программа, усовершенствованная, модернизированная. Наверное, это перспективнее в наше время».

На вопрос, какие предметы нравятся больше всего, Марина и Александр отвечают однозначно: химия. Преподаватель хороший, занятия практические были, все наглядно, понятно. «А мне гуманитарный модуль понравился, – говорит Владимир Емшанов. – В первом семестре у нас был предмет – само-менеджмент, несколько дней только им и занимались. Было много тренингов. Благодаря ему мы все познакомились, и потом было легче в учебный процесс войти». (Само-менеджмент – еще одна новация Высшей инженерной школы, с погружения в этот курс начинается первый год обучения, преподаватель – Ольга Яковлевна Пономарева, замдиректора Института фундаментального образования УрФУ, специалист по вопросам карьеры и эффективности менеджера). Марина приводит пример тренинга: «Мы сидели за круглым столом, и нам давались роли – нужно было каждому выполнить свою роль, чтобы провести мероприятие. Например, организовать день открытых дверей, когда один человек отвечает за место проведения, другой – за приглашение абитуриентов…» «Один раз у нас был тренинг на английском языке, – дополняет Владимир. – Целый день провели в аудитории – как на само-менеджменте. Хорошо поднапряглись. Задание было – изобрести велосипед».

«А мне нравится физкультура, – говорит Никита. – Она не как в школе. Можно любыми видами заниматься по желанию – единоборства, легкая атлетика, даже спортивное ориентирование». Но это, впрочем, особенность не Высшей инженерной школы, а в целом УрФУ. Из университетской жизни экспериментальная группа не исключена – вся внеурочная активность вплоть до пресловутой самодеятельности обеспечивается Институтом материаловедения и металлургии.

Спрашиваю ребят, были ли они на производстве. Оказывается, были, но только один раз, сотрудники УГМК проводили экскурсию. «Видели два цеха, – вспоминает Владимир Емшанов. – Там везде автоматизация, не надо стоять у печи с лопатой. Первый цех – электролиза меди, рядом маленькая комната, в ней сидят люди и всеми процессами управляют дистанционно. Походили по цеху – там людей просто нет. А потом нас сводили в порошковый цех, где делают детали из медного порошка».

На вопрос, как они представляют себе дальнейшую работу, студенты отвечают по-разному. Марина хотела бы стать «руководителем какого-нибудь отдела»: «Вряд ли я буду стоять у печи – в УГМК много разных должностей. Но пока не представляю себе структуру предприятия – не знаю, где конкретно хотела бы работать. Может быть, в отделе кадров – я с людьми общаюсь легко». Александра привлекает сфера автоматизации – «это распространение по цехам разных технологических процессов, внедрение машин для замены ручного труда. Буду ездить по цехам, предлагать такие машины, рассказывать об их преимуществах». «Говорили, что по окончании института мы будем мастерами производственного участка, будем управлять группой людей на объекте, – добавляет Владимир. – Я думаю, что смогу быть руководителем, но, наверное, не самым главным». 

Прикладной бакалавриат?

Программа производственно-технологического бакалавриата Высшей инженерной школы в феврале этого года была представлена на заседании рабочей группы Ассоциации ведущих вузов в области экономики и менеджмента. Обсуждался опыт ведущих вузов по внедрению программ, которые могли бы стать прообразом прикладного бакалавриата (согласно поручениям президента и правительства к 2018 году доля студентов бакалавриата, обучающихся на практико-ориентированных программах, должна составить не менее 30%).

Возможный «родовой признак» таких программ – получение рабочей квалификации, а студенты Высшей инженерной школы как раз должны ее получить после второго курса. Впрочем, на вопрос, можно ли сократить программу прикладного бакалавриата до трех или даже двух с половиной лет, чтобы студенты сразу могли начать работать в соответствии с этой квалификацией (а именно такая модель предлагалась в Стратегии-2020), Олег Ребрин отвечает отрицательно. Ведь это, по его мнению, уже не будет высшим образованием, а студенты хотят его получить. Действительно, ребята относятся к рабочей профессии как к некоему дополнению своей будущей инженерной квалификации, но отнюдь не собираются становиться рабочими.

Образовательный стандарт УрФУ для разработки и реализации программ производственно-технологического баклавриата может стать примером для подражания. Взяв за основу такой стандарт, любой вуз в сотрудничестве с работодателем может разработать программу подготовки кадров для этого работодателя.

Другой признак, также актуальный в связи с обсуждением модели прикладного бакалавриата, – эффективное взаимодействие вуза с бизнесом, более того – с реальным производством. Студентов готовят под запрос конкретного заказчика, и это, по мнению Олега Ребрина, – идеальный рецепт обеспечения эффективности высшей школы: «Бессмысленно за государевы деньги готовить людей в никуда. Если студент платит свои деньги, пусть учится для самообразования, для самоудовлетворения. Но если платит государство, мы должны знать, куда он пойдет по окончании университета».

Образовательный стандарт УрФУ для разработки и реализации программ производственно-технологического баклавриата может стать примером для подражания. Взяв за основу такой стандарт, любой вуз в сотрудничестве с работодателем может разработать программу подготовки кадров для этого работодателя. Для распространения модели партнерства образования и бизнеса, предложенной Высшей инженерной школой, есть и субъективные предпосылки: директор Департамента государственной политики в сфере высшего образования Минобрнауки России Александр Соболев – выходец из УГТУ-УПИ. И в университете, и в Министерстве образования Свердловской области Олег Ребрин работал под его руководством.

Впрочем, об эффективности программы Высшей инженерной школы, да и вообще о модели подготовки бакалавров в расчете на конкретную компанию можно будет судить лишь через три-четыре года: даже если половина студентов останется работать в УГМК, для работодателя, тратящего немалые силы и средства на взаимодействие с вузом, это успех. Но уже сегодня в этот успех поверили другие крупные уральские корпорации, предложившие Высшей инженерной школе открыть аналогичные целевые группы: Югорсктрансгаз, Машиностроительный завод имени Калинина, ВСМПО-АВИСМА и Уралвагонзавод.

Борис Старцев