Эксоцман
на главную поиск contacts

Студенты магистратуры и программ МВА «вынимают» из преподавателя все знания

Василий Солодков, директор Банковского института ВШЭ
21.07.2014
Ни один гарвардский кейс не имеет «идеального» или «правильного» решения. В одной ситуации возобладают одни факторы, в другой — другие. Нет стандартных решений для стандартных случаев, каждый — уникален. Слушатели на примере кейсов должны не набрать варианты типовых решений, чтобы их потом применять, а научиться всякий раз «изобретать велосипед», если в этом есть необходимость.

— Василий Михайлович, какие курсы вы преподаете?

— Я читаю два курса — «Международный валютный рынок» и «Международные банковские операции». Первый предназначен для студентов бакалавриата факультета экономики, второй — для студентов магистерской программы «Банковский менеджмент» и слушателей двух программ МВА Банковского института ВШЭ.

— В чем, на ваш взгляд, основные различия в подходах к преподаванию студентам бакалавриата и магистратуры?

— С ребятами, получающими первое высшее образование в бакалавриате, преподавателю, конечно, работать проще. Они, как правило, не имеют достаточного жизненного опыта и, фигурально выражаясь, слушают тебя «раскрыв рот», о чем бы ты ни рассказывал. Они не столь требовательны к форме занятий, не очень часто демонстрируют критический подход, могут выдерживать длинные монологи преподавателя без всякой интерактивности.

Я, разумеется, никогда не был сторонником такой формы работы. На мой взгляд, деление на лекции и семинары, принятое в России, — это бессмысленное наследие советских времен. В современном университете все занятия должны носить интерактивный характер, основываться на взаимодействии преподавателя и студентов. Другой вопрос, что сложившаяся практика иная — и преподавателей, и студентов по большей части все устраивает. Даже у студентов, сдавших ЕГЭ на высокие баллы и поступивших в ведущий вуз, налицо недостаток эрудиции, не всегда они умеют установить причинно-следственные связи, а без подобных компетенций интерактивные методы применять сложно — приходится восполнять на занятиях знания школьной программы, например, по истории.

Что касается студентов магистратуры и, конечно, слушателей программ МВА — взрослых людей с солидным жизненным опытом, то они точно знают, что им надо. Они «вынимают» из преподавателя все знания, которые у него есть, и мгновенно замечают, каких знаний у него нет. Просто лекции им неинтересны. Если речь идет об образовании в области финансов, с ними лучше работать исключительно кейсовым методом, то есть разбирая конкретные деловые ситуации. Таковы особенности возраста — иначе они не будут относиться к преподавателю серьезно.

— Откуда вы берете кейсы для преподавания?

— Их сама жизнь «подбрасывает».

Я стараюсь отходить от теоретических схем. Придуманные кейсы, на мой взгляд, не стоят ломаного гроша. Я всегда отбираю кейсы, имеющие отношение не только к тому, что мы изучаем, но и к текущей ситуации на финансовых рынках.

Например, изучаем фундаментальный анализ валютного курса. Я говорю, что такой-то известный эксперт прогнозирует повышение курса той или иной валюты по какой-то причине. Мы пытаемся провести факторный анализ и сделать свое заключение относительно предложенного утверждения.

В моем курсе «Международный валютный рынок» для студентов магистратуры значительную роль играют кейсы, связанные с построением бизнеса. Мы со студентами смотрим, как он развивается, как это связано с финансовыми рынками.

— Какие темы из ваших курсов наиболее сложны для студентов?

— Если говорить о студентах магистратуры, то одна из самых сложных тем — это фундаментальный анализ валютного курса, в рамках которого они учатся строить прогнозы. Сложность его обусловлена тем, что валютный курс зависит от множества факторов, причем иерархия их значимости постоянно меняется. Чтобы выстраивать прогноз, нужно обладать очень добротными фундаментальными знаниями макроэкономики, международной экономики, реального сектора и постоянно следить за сменой экономико-политической ситуации. Все это не так просто.

Приведу простой пример, который я всегда разъясняю своим слушателям. Долгие годы в России была высокая инфляция, и при этом росли цены на нефть. Высокая инфляция способствовала падению курса рубля относительно доллара и евро, а рост цен, наоборот, вызывал его укрепление. Если мы посмотрим на динамику курса рубля, то обнаружим, что на одних временных интервалах верх брала тенденция, вызванная ростом цен на нефть, а на других — тенденция, связанная с инфляцией. Соответственно, рубль то падал, то укреплялся.

Или другой пример. В России периодически возникала ситуация оттока капитала, вызванная самыми разными причинами. Тогда рубль падал, несмотря на то, что все фундаментальные факторы, связанные с макроэкономической ситуацией, должны были способствовать его укреплению. Последняя ситуация такого типа была этой зимой. Тогда макроэкономическая ситуация для России совершенно не изменилась, но многие ждали санкций, поэтому произошел отток капитала. Из-за этого произошло резкое падение курса рубля относительно доллара и евро. Учитывать такие вещи очень сложно.

— Какими методами вы добиваетесь, чтобы слушатели научились в этом разбираться?

— Для этого как раз и нужны кейсы. Я беру некий кейс, в котором содержится описание реальной ситуации и предложение по ее развитию. После этого мы со слушателями обсуждаем, какой выход из ситуации возможен. Все они предлагают какие-то решения, которые подвергаются критике. Цель — объяснить им, что на самом деле «идеального» или «правильного» решения ни один кейс не имеет. В одной ситуации возобладают одни факторы, в другой — другие. Нет стандартных решений для стандартных случаев, каждый — уникален. Слушатели на примере кейсов должны не набрать варианты типовых решений, чтобы их потом применять, а научиться всякий раз «изобретать велосипед», если в этом есть необходимость. Это главный принцип кейсового метода в том виде, как он был разработан в Гарвардской школе бизнеса, где я учился в 1990-е годы.

— А можете привести пример сложной темы из курса для бакалавров?

— Наибольшие сложности у студентов бакалавриата всегда вызывает понимание вещей, противоречащих здравому смыслу. А их в наших курсах немало. Так, исходя из здравого смысла, рост процентной ставки по валюте должен способствовать росту ее привлекательности, а значит и росту курса. Однако теорема о паритете процентных ставок говорит нам, что в действительности рост процентной ставки по конкретной валюте приводит к тому, что ее курс падает относительно той валюты, по которой ставка меньше. Когда студенты сталкиваются с таким противоречием, им сложно его объяснить самим себе. Еще труднее им понять, что если взять не теорему, а реальный рынок, то получится, что в зависимости от разных факторов может быть и то, и другое. То есть и падение курса, и его рост.

Я объясняю это на реальных кейсах. Показываю влияние разных факторов на разных временных интервалах. Так, конкретно в ситуации с изменением процентных ставок по валюте значение будут иметь существующий индекс инфляции и ожидание инфляции. От этого тоже будет зависеть, упадет курс валюты при изменении процентной ставки или вырастет. Объяснить такие многофакторные модели можно только на практике.

Беседовала Екатерина Рылько